— Оставьте эмоции при себе, — спокойно посоветовал Курбан Бекиевич. — Мы, безусловно, скажем, что наш лучший защитник слег с ботулизмом при странных обстоятельствах. Но — не больше! Даже если будут провокации, а они наверняка будут, вас станут подталкивать к тому, чтобы вы обвинили организаторов — никаких резких выпадов. Кому надо, тот услышит. Весь мир смотрит — в этом вы правы. И игра Бельгии с Аргентиной вызвала массу вопросов.

— Нас хреначат — мы крепчаем, — проворчал Денисов.

Видя, что многие так и пышут гневом, еще немного, и пламя изрыгать начнут, Тихонов привел свои доводы:

— Это капитализм, товарищи. Здесь никакой правды, только сухая буква отчетов. Назвал негра негром? Штраф. Назвал петуха… кхм… петухом — штраф. Игра на их территории, и мы должны играть по их правилам. Играть — но не уподобляться. Мы очень рассчитываем на ваше благоразумие. Если кто-то подозревает, что не смолчит — лучше остаться в гостинице.

— Остаюсь, — вскинул руку Денисов.

— Спасибо, — поблагодарил его Кузьмич и подвел итог: — В конце заседания подойдите ко мне, я раздам распечатки с возможными вариантами провокационных вопросов и ответов. Провокации будут касаться не только игры. Нас попытаются очернить в местной прессе, потому никаких негров и порицания сексменьшинств, сумасшедших и извращенцев — тут с этим строго.

— При чем тут негры? — не понял Джикия.

— Негров нельзя называть неграми, — объяснил я. — Они считают это оскорблением и дискриминацией по расовому признаку.

— Ну блин, — возмутился Микроб. — А кто они тогда?

— Слово есть, а негра нету, — сострил Дзюба.

— Распорядок дня такой, — объявил Бекиевич. — Обед. Смотрим игру шведов с уругвайцами. Ужин. Смотрим игру ирландцев с Итальянцами, узнаем своего соперника. Потом, в одиннадцать вечера, сеанс связи с близкими. Завтра в полдень — пресс-конференция. С пяти до девяти — тренировка.

— Даешь Уругвай! — воскликнул Кокорин. — Мы их знаем, как облупленных.

— К тому же их вряд ли будут тащить в финал, — проворчал Денисов, скрестивший руки на груди. — Следовательно, нас не будут топить.

— Так а Коровьев что? — спросил Руслан Топчи. — Он домой с нами не полетит?

— Вряд ли, — сказал врач с первого сиденья.

— На сегодня пока все, — объявил Непомнящий. — Подходите за вопросами-ответами и, пожалуйста, отнеситесь к подготовке со всей серьезность. Нужно не дать себя очернить и ответить так, как они не ожидают.

Захлопали спинки откидных сидений. Я взял листок одним из первых, скользнул взглядом по тексту, догадываясь, что там может быть.

«Что вы думаете о работе судей на матче Бельгия — Аргентина? (Мы не судьи и не имеем права судить, наша задача — играть)».