Кошмар какой. А я-то думала, что после Галки ничего более чудовищного с нашей семьёй случиться просто не может. А теперь что, вырисовывается перспектива обзавестись новой «злой мачехой»?

Целым выводком злобных и интриганистых мачех?

Нет-нет-нет. Я не буду думать об этом сегодня! Бросила осуждающий взгляд на возвышающиеся над кедровыми кронами высокие башни и решительно отвернулась — и от них, и от новых провокаций Зориславы Янтарной.

Мимо пробежал с лихим присвистом смутно знакомый мальчишка — один из мелких пострелят в свите княжича Пламенного. Обогнул по уважительной дуге Соню (и её витые браслеты), затем вдруг метнулся в сторону, к идущим впереди девочкам. Подскочил к смеющейся в кругу подруг красивой смуглянке, ухватил за косичку — чёрную, длинную и тонкую, их десятки рассыпались по узким плечам — да ка-ак дёрнет!

А девица ка-ак завизжит! Отшатнулась в гущу толпы, из огромных тёмно-карих очей брызнули слёзы. И тут многочисленные косы на её голове вдруг встрепенулись. Зашевелились, поднялись, обернувшись в миг тонкими чёрными змеями. С шипением, полным разъярённого страха, гады рванулись в бой, защищая хозяйку. Стоявшую рядом девочку в причудливом янтарном ожерелье ужалили в щёку, другую, тоже, кажется, из зориславиной свиты — в ладонь, которой та попыталась закрыться. Крики! Взрыв неверно сработавшей магии! Разбегающиеся в разные стороны, спотыкающиеся, уроненные в суматохе дети!

Виновник переполоха застыл, глядя на происходящее квадратными от изумленья глазами. Молодая медуза Горгона выла, сидя на земле и закрыв руками лицо: вьющиеся вокруг головы змеи жалили и её тоже. Но хозяйке их укусы, видно, были не так уж страшны, а вот другим жертвам пришлось значительно хуже. Одну били судороги, на губах её выступила синяя пена. Вторая, с почерневшей щекой, вовсе не шевелилась.

Старшеклассница, окутанная облаком целительной магии, попыталась подойти к пострадавшим поближе. Не тут-то было: стоило ей нарушить незримый периметр, и выстрелившая почти на два метра чёрная тень впилась в протянутое к жертвам запястье. Не меняя выражение лица, девушка перехватила змеиную голову и раздавила меж пальцев голову гада (недомедуза заорала, будто её живьём прямо тут режут), ухватила пациентку, оттащила на пару шагов.Откинулась на пятках в медитации, сосредоточившись на внутренней битве.

А потом… я не поняла сразу, что происходит. Клубок змей странно дёргался, судорожно и бестолково. Раскрывались крошечные пасти, что-то пытались изрыгнуть.

«Они тонут», — не столько догадалась, сколько почувствовала я — всей собою. Дюжины тонких, крошечных, стремительных змей, и у каждой из них лёгкие оказались залиты водой.