Ещё вправо. Третий сын владыки Тысячи Рек, третий брат-правитель, Владимир по прозвищу Гневный Сокол. Пальцы задержались на короне, которой я отмечала статус Великого князя, на номере, которым обозначила порядок передачи престола. Скользнули чуть ниже…
Где-то здесь, не попавшая в выписку, скрывалась внучка Гневного Сокола. Та самая, что с какого-то перепугу вызвала на дуэль мою мать. Айли почти погибла в навязанной схватке, но зачинщицу мерзкой драки сумела достать. Что было, конечно же, и правильно, и хорошо…
Только вот Сиян Пламенный, удельный князь и безобразно могущественный чародей, жену тогда потерял. Сына своего и наследника вынужден был растить в одиночестве. А теперь вот оказывается, что Светозар свет Сиянович — мой одноклассник. И — что как бы не хуже! — тоже ведь родственник!
Ниже, ниже. Великий князь номер пять, Великий князь номер шесть…
— Великий князь Владивод, — вслух прочла я последнее из отмеченных короной имён. — Правитель Края Холодных озёр. Глава ветви Гнева, официально — глава всей династии Владичей.
Владивод был тем, кому и принадлежал весь наш Лицей. А заодно и вся крепость Гнева с её бастионами, парками, изумрудными крышами восхитительных башен. И город на берегу, и все земли окрест, а ещё, если подумать, все озёра и реки в целом огромном пределе…
Я провела ладонью по исписанному родственными именами листу. Прочла всё ещё раз. Однако, как ни напрягала память, не могла припомнить, с кем же из них было связано не особенно выдающееся вассальное семейство Илмари.
Почему из всех встреченных сегодня именно сероглазый Искрен ощущался моей самой близкой роднёй? Будто знала его уже много лет, будто это верный и достойный доверия друг, почти брат…
— Не понимаю!
— Что именно? — по-совиному склонила голову любопытная Соня.
Я открыла рот, чтоб от правдивого ответа аккуратно уйти. Но изворачиваться не пришлось: по лежащему на столе ежедневнику пробежала едва заметная искорка. Блеснула. И прыгнула Сонечке Унтовой прямо на руку:
— Ой! Это больно!
Следом и мой волшебный дневник ужалил пальцы лёгким таким, почти что игривым разрядом.
— Подозреваю, это нам с тобой деликатное напоминание, что пора уже бежать на занятия, — я торопливо сунула лист обратно в рукав. Принялась переставлять на поднос многочисленные пустые тарелки. — Поспешим. Не хочется проверять, что эта книжечка сделает, если в первый же день на уроки мы с тобой опоздаем!
Я осторожно скользнула в приоткрытую дверь и огляделась. На сей раз вместо огромного амфитеатра за тяжёлой резной створкой скрывалось помещение более скромных размеров. Класс рассчитан был на десяток учеников, вряд ли больше. Всё те же тяжёлые старинные парты, крепкие стулья с высокими спинками, прикрытая ставнями доска. В шкафах аккуратными рядами сложены тубусы. Сквозь узкие стрельчатые окна падал свет: солнце в первый день осени дарило лучи с каким-то даже яростным ликованием.