Фигуры растворились в воздухе, чтобы появиться снова спустя мгновение. Все изменилось: женщина нервная, похудевшая, ходила из угла в угол, заламывая пальцы; дочь сидела на стуле как статуя — с идеально ровной спиной, смотрела в окно, почти не моргая. Повзрослела совсем немного, стала похожа на батюшку еще больше. Варна подошла ближе и коснулась пальцами полупрозрачной щеки — та пошла рябью, призрак ничего не заметил.
— Идет! — воскликнула девчонка и вскочила.
В дом вошел Всеслав — измученный, с тенями под глазами. Корявый посох сжимал так, что побелели пальцы. Он обвел взглядом замерших женщин и сказал:
— Нам дали время на то, чтобы избавиться от идолов. Несколько домов заняли их люди, будут наблюдать за тем, как проходит «очищение».
— И ты позволишь?! — Девочка прижала руки к груди. — Батюшка!
— Нам придется склонить головы, Дарина. — Произнеся эти слова, мужчина сдулся, уменьшился в размерах и потух. — У них десятки воинов, одержимых верой. Они сровняют деревню с землей и сожгут наши трупы.
— Давай уедем! — взмолилась женщина. — Прошу тебя, давай…
— И бросим остальных?! — взревел Всеслав. — Нет, этому не бывать!
— Твое упрямство погубит нас!
— Куда бы мы ни уехали, они найдут нас. Думаешь, наша деревня — это последнее место, куда их принесло? Впереди десятки городов и сел, и все они будут преданы огню, если кто-то откажется принимать новую веру.
— Ты больше не будешь волхвом? — тихо спросила девочка.
— Я всегда буду им, — твердо ответил мужчина. — Но сейчас куда важнее защитить вас.
Мгновение — и картинка поменялась. Рославе лет девять на вид, на ее груди крест. Подхватив ведро, девочка вышла из дома, Варна отправилась следом. Деревня ожила — в легкой дымке клубились воспоминания и призраки. Люди суетились, болтали и обменивались новостями. Рослава прошла вперед, протиснулась сквозь толпу и встала в конец длинной очереди. У колодца дежурили воины: кого-то пропускали вперед, кого-то грубо отталкивали.
— Проклятые язычники, — пробормотал один из них. — Вам было сказано: одно ведро в день!
— Да на что его хватит-то?! — выкрикнул кто-то.
— Почему ваши люди могут брать сколько угодно?!
И тут Варна заметила яркие метки на рукавах людей в очереди — желтые платки, повязанные над локтем. Похоже, таким образом воины отличали своих от язычников.
— Веришь ли ты в Господа? — насмешливо спросил один, толкая Рославу в плечо.
— Верю, — ответила та, не поднимая взгляда.
— Врешь. — Мужик осклабился. — Знаю я способ один, после него точно уверуешь.
Он принялся закатывать рукава, явно намереваясь поколотить Рославу. Четким движением Варна рассекла бесплотную шею клинком. Призраку, конечно же, ничего не было, но злость, закипевшая внутри, немного улеглась. Смотреть, как уродливый потный олух собирается избить ребенка, — нет, это выше ее сил.