В руках демиурга посох.

Я взревел и метнул в посредника нож. Коэн с лёгкостью отбил клинок посохом. И начал что-то нашёптывать. Слова врезались в окружающий мир, проникали в меня и сковывали нечто , сидевшее внутри. Волна поднимавшегося мрака улеглась. Чудовище, проснувшееся во мне, затаилось.

Отпустило.

Коэн перестал говорить. И теперь спокойно взирал на меня. Он не боялся. Падаю на колени. В ногах — внезапная слабость.

— Ты вовремя, Коэн, — сказал Нге. — Мы чуть не погибли.

— Это легко исправить, — передо мной выросла фигура Мерт. — Если кто-то из вас тронет Ольгерда, будет иметь дело со мной.

— Успокойся, — сказал Коэн. — Никто не собирается его трогать. К тому же, это не совсем Ольгерд.

Начинаю понимать.

Доходит медленно, но всё же головоломка складывается из тысяч разрозненных осколков. Моя жуткая потусторонняя мощь, стремление найти Хозяина Дверей, эта схватка. И, самое главное, — Завея. Мать Ветров. Богиня задверных воздушных потоков. Незримые течения, рвущиеся сквозь миры, пространства и времена. Магическая формула, вынуждающая мастеров ножей повиноваться. Вот что случилось в Ламморе. Посторонний, принявший облик меняющейся женщины, явился в «Таран», подчинил мою волю и перебросил сознание. Вот как они странствуют. На Ветрах Завеи.

Стало легче.

Шатаясь, я поднялся на ноги. Братья Круга стонали, пытались отползти, осматривали себя. Некоторые встать уже не смогут. И всё это — моих рук дело. Нахлынул ужас. Хотелось кричать, но я сдержался.

Посторонний — это я.

Тот вечер в Ламморе перевернул мою жизнь. Я перестал быть мастером ножей и превратился в страшное оружие, ждущее своего часа. Следующая мысль поразила меня ещё сильнее.

— Ты знал, — смотрю в безмятежные глаза посредника. — Ты нанял меня, потому что знал. Хотел явиться сюда. Уничтожить моими руками Круг, расчистить дорогу. Всё, что мы делали, должно было привести нас сюда.

Коэн улыбался.

— Ты прав, Ольгерд. Но лишь отчасти. Я знал, что Посторонний перебрался в твой разум, это правда. Именно так они и выглядят у себя — изменчивые существа, непрерывно трансформирующие свой облик. Ни мужчины, ни женщины. Существа. Но мой разум чист. Я защищаю интересы Земли. И это ты должен уяснить.

Наверное, моё лицо скривилось в усмешке.

— Времени мало, — продолжал посредник. — Действие моего заклинания не безгранично. Скоро враг вырвется наружу, и ты меня убьёшь. Посторонние сильны. Слушай и не перебивай.

Перебил Нге:

— Ты думаешь, он поймёт?

— У нас нет выбора, — печально отозвался Коэн. — Пророчество гласит, что Хозяин Дверей должен сам победить врага. Познать схватку, очистить разум. Мы погибнем, если он не сделает этого.