— А если Харальд сейчас за нами подглядывает? — Струйка пара от моего дыхания потянулась к рябому лицу Викентия. — Может, катает особое яблочко по особому блюдечку, да посмеивается?
— Он Великий, — не понял моей иронии напарник, — ему артефакты без надобности, на чистой силе работает… Только вот нечего ему, великому магу, делать, кроме как за нами, мелкими зверушками, следить. Подумаешь, очередной дикий Светлый завёлся… в Петербурге таких случаев за год полсотни. Вот если бы Тёмный, то дело другое, тут прибрать к рукам следует, пользу просчитать… На дикого Тёмного он или сам бы вышел, или кого-нибудь первого ранга отрядил, вот ту же Марфу Семёновну, к примеру. Чтобы опередить Светлых. А тут — мелочишка. Главное, с запасом оцени расход магии, чтобы Харальд потом Светлым счётец предъявил…
— Да что у тебя такое, из-за чего урочным своим дежурством манкируешь? — недоверчиво осведомился я. Не то чтобы так уж мечталось мне о компании тощего рябого Викентия, болтливого, как попадья, и скучного, как банный веник. Он прав, дело мне и одному по плечу, но царапнуло что-то… предчувствие, должно быть? Я даже на свою линию вероятности посмотрел, но в ближайшие часы всё с ней было в порядке, а на больший срок я пока заглядывать не умел.
— Да есть тут одна бабёнка, — признался Викентий, — купчиха, вдова, тридцать два года… объёмистая такая, ядрёная, в моём вкусе. На блины сегодня звала… ну, сам понимаешь, сперва блины, потом амуры… потом опять блины…
Тут я сразу успокоился. Викентий у нас известный ходок по женскому полу, да и, прямо сказать, не он один. Раз уж ты Тёмный, то берёшь от жизни всё… в разумных пределах, как сказал бы мудрый Александр Кузьмич.
— Что ж, ступай по свои блины, — осчастливил я Викентия, — да не забудь: за тобой должок. Взыщу непременно.
Так вот и вышло, что разбираться со Светлым целителем отправился я в одиночку.
…Человек бы, конечно, заблудился в этих тёмных пустых переулочках, где уже и фонари не горят, — здесь Невским проспектом и не пахнет, здесь места дикие, простонародье обитает. Хорошо ещё зима, всякую дрянь под ногами подморозило и занесло снегом… И как тут найти нужный дом — во мраке, в метели, в безлюдье?
Но мы — Иные, нам советы прохожих ни к чему, мы умеем вызывать перед внутренним взором карту местности, где зелёным огоньком поблескивает цель. Тут и силы-то самую капельку тратишь. А уж почуять на сравнительно близком расстоянии нужного тебе Иного… особенно слабого… особенно если он и понятия не имеет, как закрываться… тут вообще как с Дворцовой площади до Адмиралтейства дойти.