Не один он сидел — у стены на стуле сын его был. Самого не видно — только глаза светятся отражением, словно у того кошака. В руках кружка — тоже празднует.

— А я уже было сам к тебе хотел идти! — Подскочил Сав, да ко мне направился, руки раскрыв, будто обнять за плечи хочет.

Но на последних двух шагах аккуратно взял меня за левую руку и вложил в него небольшой холщовый мешочек, который до того ловко скрывал.

Мешочек тяжеленький, с металлическими кругляшами внутри.

— Раз ты за столом был, то и доля тебе полагается, — торжественным шепотом приговорил он, снизу вверх на меня глядючи.

Невысок он был, этот Сав, но коренаст. А еще нагл как-то по-житейски, что вроде взятку дает — а мне и думается, что все верно говорит.

Не хочет, чтобы о деле торговом уважаемый Рэм узнал — а как иначе?.. А так — и я долю имею.

Я кошелек взвесил, в мысли погруженный — ведь не за монетой шел. Но и отказываться, получается, нельзя — измается купец сомнениями, сдам я его делишки Рэму или умолчу.

Впрочем, самому Рэму, по уму, эти мелочи без интереса должны быть — Островом он живет.

— Ты не подумай, что обидеть хочу! — По-своему понял мое промедление Сав и жаром зачастил. — Как торг пройдет, то честную долю выплачу! А сейчас — в товаре все, сам знаешь.

— Я сказать пришел. — Убрал я кошель к себе на пояс, чем вызвал облегченный выдох у купца. — Странный тот Вет. Не пришелся он мне по сердцу. Поберечься бы тебе да сыну. Людишек, опять же, вооружить.

— Ну, то не красная барышня, спелая да молодая, чтобы нравиться. — Отошел Сав обратно да на постель присел. — Но в торговом деле принято на товар смотреть да монету считать… А за совет спасибо, я уже сыну сказал, чтобы и ночью двойной караул ставил. Да и завтра сам на караван смотреть не поеду и сына не пущу. Пава отправлю со товарищи, пусть смотрит да считает.

— Не купят твоего Пава?..

Сав аж рассмеялся, да сын его фыркнул смешинкой.

— Пава не купить, такой уж человек. Ему, по опыту, самому бы купцом ходить — я и денег бы дал. Но не стану — слишком спешит правду в глаза говорить, а такое только к убытку. Он все проверит, да место осмотрит и людишек чужих посчитает.

— Тогда ладно. — Чуть отлегло у меня от сердца.

— Не первый год ходим, княжич. — Если бы не темень, то сказал бы я, что Сав подмигнул — а так только усталое веселье слышу в его голосе. — Такой торг не часто случается, но бывает. И всякий боится за свой товар — этот Вет, считай, под топором ходит, ибо князь тут же от него отречется, ежели заловят. Да и я буду бледный вид иметь, ежели на горячем поймают. Все до последнего станут руку на мече держать, но да обойдется все. Про голод я уточнил — верно купец говорил. Слухи о беде у князя А-Малла и сюда дошли, но ждут его купцов не здесь, а на Острове. Тут бы откуда зерну взяться?..