Ведь сорвалась на призывы Лалины, не отказала, на холод выбежала. И пусть Лала, обо всем забыв, ничего не накинула на себя — но ведьма ведь тоже без шубейки тут была, в платье одном да простоволосая.

На свою одежду тоже посмотрел — надо рубаху менять, уже и ткань на мне рвется. Очень уж холод вещи переводит, а тут даже не коснулся моей рукой, но вокруг был.

Переоделся тут же — да не просто нижнее все сменил, а княжеский вид принял, богатый да красивый.

Да на удивленный взгляд Лалы ответил:

— Благодарить пойду, — и корзины с едой взял.

В обе руки, понятно — меж своих чего болезным притворяться?

— Может, и мне поклониться сходить?..

— От тебя благодарность передам, не беспокойся. Ты печь лучше протопи да себе горячего чего сделай. Лед и снег пока не трогай — вернусь, сам в дверь смету, — посмотрел я на ледяную пещеру, в которую предбанник обратился.

Да и пошел к терему, Ухом сопровождаемый. Тот было и в сени сунуться захотел — но пришлось строго выговаривать, чтобы тут ждал.

Ну и ножку куриную из угощения для Вары ему пожертвовал тайком, пока никто не видит. Все одно — заслужил.

А как на еду пес отвлекся, я и в дверь проник. Хотя без приглашения к ведьме ходить — не самое для здоровья полезное. Но да давеча жив остался — и сейчас не помру.

— Хозяйка, не гневайся, что без спроса. Разреши поблагодарить от сердца за бережение твое и заботу. — Громко произнес я.

— До утра терпит твоя благодарность? — Раздраженно донеслось из глубины дома. — Сплю я.

— Никак не терпит. — Весело ответил ей.

— Что, сразу побежал, даже лицо от слюней собачьих не омыл?

— Отчего не омыл? Даже переоделся, чтобы кланяться тебе до земли княжеским поклоном.

— Тебе охотницкий только позволен.

— Тогда им, но от чистого сердца. Прими подарки, хозяйка.

— В сенях оставь, потом посмотрю. — С заминкой донеслось до меня.

Не хотела выходить, гневалась.

— Да кроме того разговор имеется, — сменил я тон с веселого да виноватого на строгий. — Совет твой нужен. Ты уж вышла бы, хозяйка.

— Совет мой таков: снадобье на ночь в зуб не закладывай, ежели сон не спокоен! И другим спать дай!

— Благодарствую, но не про то совет. Убивать меня скоро будут.

Бросил я в пустоту да принялся ждать, что все равно погонят. Тогда в обед приду.

— Ну, жди тогда. Выйду. — Бросили нарочито небрежно.

Я и встал на месте, с корзинами — да еще долгонько простоял, пока Вара в платье новом да в платке с волосами убранными не вышла, да не глянула издали как барин на конюха.

— В кухню иди, там подарки оставишь. — Да и сама туда пошла.

Не в общую, гостевую кухню — а тайную, что через длинный коридор была.