Стражники — те стоят. Старшина их, словно луковицу раскусив, расшнуровывает кольчугу да рукой внутрь лезет. Возница мой, в снег упав под сани, да голову руками прикрыв, своим богам молится. Впрочем, от возницы большой храбрости и не жду — лишь бы помалкивал.

— Бери бумаги, княжич. — Протянули мне связанный веревкой свиток. А там, видя, что спускаться не собираюсь — к вознице моему его перекинули под ноги.

Да я прикрикнул, чтобы тот мне передал.

Пришлось Ниву вспоминать, как на ногах ходить — уж больно удобно он на коленях стоять научился. А там я с него потребовал, чтобы свиток он развязал да в руках передо мной развернул — ибо кнут я отпускать не собирался.

— Ну, допустим, есть у тебя бумага. — Прочитав, неохотно кивнул я. — Написана для сотника Сола неким Рэмом да княжьей печатью подтверждена. Ты, что ли, будешь Сол?

— Вчера же знакомились, княжич. — Даже примирительно он руки развел.

— Теперь запомню. — Смотрел я на него хмуро. — Ну что же, Сол. Бумага у тебя есть — обыскивай телегу. — Отбросив кнут, ловко спрыгнул я в его сторону, да рядом встал, тоже вместе с ним чтобы на сани смотреть. — Нив, верни сотнику свиток! Да себя обыскать дай.

— Мне бы, княжич, и в твои карманы заглянуть. — Шепнул тот сотник.

— А что, Сол, дочка у тебя есть? — Тоже негромко я ответил.

— Это к чему ты спросил, княжич?

— Да вот думаю, ежели скажут, что порочна та и придут проверять. Да скажут, что кое-что кое-куда засунуть надо для проверки — что ты с ними сделаешь?..

— Ты, княжич, неверно сравнил.

— А все одно — голову отверну. Не смотри, что рука одна, — холодно заметил я.

— У меня приказ…

— Вот тебе слово княжича А-Шеваза — ничего колдовского при себе не имею. — Выдохнул я зло.

— При себе? А в другом каком месте?

— В каком другом, стражник? Может, в моих краях, где иная вещица, на вроде той, что лошади от колик помогает, не запрещена и в каждом доме есть?..

— Все ты понимаешь, княжич, — поморщился стражник.

— Так и ты пойми, что слово мое — крепче железа. Телегу смотри, возницу — хоть до гола раздень. А до того, как меня тронешь — спроси лучше, как с одной рукой жить. Я тебе советов дам, пригодятся.

— Слову поверю. — Поджав губы, отошел от меня Сол да людишками своими управлять принялся.

Ибо те, словно злобу пытаясь сорвать, восхотели сани натурально на доски разобрать.

Мне-то — тьфу, плевать, не мои сани. А сотнику — неуютно сделалось, ибо видно же, что против одного проиграли, да теперь просто обидят хотят. Неправильно это, закону вопреки — и сотник то видит.

Потому принялся людишек своих одергивать, да требовать, чтобы не урон мне обыском чинили, а осматривали вдумчиво. Мех — ощупать, сани не ломать, а тайники простуком искать, да даже упряжь с лошади сняли, но уже не в снег кинули, как все до того, а сложили поверх.