— 給我你的文件(gěi wǒ nǐ de wénjiàn)? — Ваши документы? — спросил на китайском таможенник, смерив меня неприветливым взглядом, Шена здесь, судя по всему, знали, только и по отношению к нему особого пиетета не наблюдалось.
Шен тихо мне на ухо перевёл сказанное.
Мой попутчик отдал документы наши и на транспорт, а с ними ещё кипу каких-то бумажек. Хмурый чиновник просмотрел внимательно лист за листом и, видимо, не нашёл к чему придраться.
Шен комментировал каждую бумажку в руках мужчины. Переводил, что ли? Выездные документы он оформил сам, и я не особо в них заглядывал.
Диалог затянулся: таможенник бросал короткие вопросы, Шен отвечал, указывая то на один, то на другой пункт документов. Беседа начала напрягать меня. Я ничего не понимал, и затягивающийся допрос действовал на нервы. Конечно, для Шена это не первая поездка и он дока по таким делам, но где-то в душе гнездился страх, а вдруг развернут нас у границы.
— 可以繼續駕駛(kěyǐ jìxù jiàshǐ) — Можете проезжать, — так же хмуро сказал чинуша.
Мы прошли к машине, что одиноко стояла на нейтральной территории, в кабине царил настоящий бедлам, пограничники перерыли в наше отсутствие каждый свёрток и узелок.
— Это по какому праву? Разве так делается? — удивился я.
— Тише, — ответил Шен, — они здесь хозяева, забирайся в кабину.
Остатки наших продуктов, что мы купили по пути сюда, небрежно разбросанные, валялись на сиденьях и полу в пыли и грязи, половина просто растоптана. Я перегнулся назад и как мог навёл порядок. Уложил то, что ещё можно было спасти, остальное пришлось потом отдать бродячим собакам.
— Надо было прибрать всё получше, — посетовал я.
— Бесполезно, — махнул рукой Шен, — как я только не укладывал, всё равно разбросают, испортят.
— Так, хоть бы предупредил. Съесть надо было всё и много не покупать.
— Потому я и взял в два раза больше, чем нам надо, — хохотнул китаец, — дальше нескоро ещё деревеньки или город попадётся.
Вокруг и правда расстилалась иссушенная степь, с сухой травой, что трепетала на ветру.
А потом началось настоящее чудо: унылый пейзаж закончился, словно некая полоса отчуждения, и нашим глазам открылся совершенно другой вид.
Зелёные равнины, холмы, окутанные изумрудной вуалью лесов, вдали показались залитые водой рисовые поля, сияющие на солнце, как драгоценные камни среди нефритовой травы.
— Ух ты! — не сдержал я эмоций. — Красота-то какая!
— Да, — с гордостью подтвердил китаец, — здесь удивительная природа. Вот посмотришь дальше, то ли ещё будет. А в Чунцине, ущелья Санься — настоящее чудо природы, особенно по утрам, когда опускается туман и кажется, что попал в какую-то сказку. Чунцин называют городом туманов. Он находится на слиянии двух рек: Цзялинцзян и Янцзы. И хоть до океана далеко, но по праву считается настоящим портовым городом.