За десять серебряных рублей в месяц отряд получил в свое распоряжение настоящий форпост. Это был просторный, отапливаемый паровой трубой каменный гараж, куда Броне-Буханка входила с большим запасом. Внутри имелась глубокая смотровая яма с домкратами, кузнечный горн с наковальней и жилая надстройка на втором этаже с каменным камином и сухими нарами.

Броне-Буханка заняла свое законное место над ямой.

Дед Никифор с детским восторгом разложил свой инструмент на огромном верстаке, Марья принялась чистить арбалетные болты, а Святогор разгрузил запасы. Впервые за весь путь со Смоленска у них появилась своя надежная база.

На следующий день Святогор и Никифор занялись торговлей.

Ловчий выгодно сбыл на местном Корабельном Рынке трофеи, снятые с заставы Власова на Свири: три бочки армейской солярки, стальные зацепы и трофейные самопалы. Местные скупщики Адмиралтейства, проверив качество топлива, отсчитали за хабар сорок серебряных рублей.

Святогор пересчитал общую казну отряда. Три тяжелых золотых рубля. Ровно сто серебряных. И сума с медяками на мелкие расходы. Финансовый запас позволял не браться за грошовую работу.

На часть денег Марья закупила на рынке отличных припасов: мешок серой муки, бочонок соленого ладожского сига, вяленое мясо, связки чеснока, мешок сухого угля для печки и канистру чистосортного веретенного масла для механизмов.

Днем Святогор отправился в Приказную Палату Адмиралтейства.

Здесь, в высоком гранитном здании с видом на порт, висели контракты высшей категории. Новгородские и Смоленские подряды казались мелкими по сравнению с ладожскими масштабами. Святогор подошел к гильдейской доске. Его взгляд сразу зацепился за серию свежих грамот, подкрепленных печатями Адмиралтейского Совета:

«Расчистка Ладожского Фарватера от Озерных Топляков и Навьих Наслудов. Оплата: тридцать серебряных рублей за вылазку».

«Охрана купеческих фелюг на внешнем рейде Новой Ладоги. Оплата: сорок серебряных рублей».

Но самым интересным был контракт особого отдела:

«Исследование и разведка замерзшей акватории у острова Сухо. Изъятие поврежденных навигационных вех. Оплата: пятьдесят серебряных рублей».

Святогор сорвал грамоту с доски.

Приказчик Адмиралтейства, приняв документ, взглянул на перстень Ловчего и уважительно качнул головой:

— Завтра выход на лед, Ловчий Громов. На озере нынче неспокойно. Лед гуляет, а из глубины лезет озерная Стынь. Будьте осторожны.

— Завтра будем на льду, — ровно ответил Святогор.

Вечером в их новом эллинге стояла благодать.

На втором этаже в камине весело трещали березовые дрова. На столе стоял пузатый чугунок с тушеным мясом и картошкой, пахло сушеными травами и свежим ржаным хлебом.