Щёлк-ДЗИНЬ! Марья не дала ему договорить. Калёный стальной болт, выпущенный из её струномёта, с хирургической точностью вошёл прямо в прожектор первого мотоциклиста. Стекло лопнуло, а следом раздался глухой хрип. Тяжёлый паровик завалился набок.
— Засада! — закричали бандиты. С броневика ударил тяжёлый паровой карабин. Тяжёлые свинцовые пули забарабанили по медной броне «Урала», выбивая искры, но пробить многослойный металл не могли. Святогор, укрывшись за передним колесом, сделал два выстрела из самопала, заставив стрелков пригнуть головы.
Наверху, на эстакаде, Никифор и Степанна стояли у стопорного механизма. — Тяни, калека новгородский! — шипела старуха, наваливаясь на ржавый рычаг. — Сама тяни, ведьма! — хрипел Никифор, занося тяжёлую кувалду. — Уйди с линии замаха!
Старик выдохнул и с силой обрушил пудовую кувалду на заклинившую стальную собачку стопора. КА-А-АНГ! Звук удара перекрыл грохот выстрелов. Стопор лопнул. Тяжёлые звенья цепи с диким, визгливым скрежетом побежали по шкивам.
Пятитонный чугунный бункер рухнул вниз.
Грохот падения был подобен обвалу горы. Пыль и ржавая окалина взметнулись до потолка. Бункер рухнул точно на капот бандитского броневика, смяв его как пустую жестянку. Раздался оглушительный взрыв перегретого котла, во все стороны брызнуло горящее масло.
Второй мотоциклист попытался уйти назад, но рухнувшая масса железа и обвалившейся породы намертво запечатала входной коллектор.
В пещере воцарилась тишина, сквозь которую слышалось лишь шипение горящего масла да глухой кашель Никифора наверху. — Живые там? — крикнул Святогор.
— Живые, барин, — отозвался старик, спускаясь по лестнице. — Только кашлять от этой пыли невмоготу. Степанна, подай руку, нога застряла...
— Держись, новгородец, — проворчала старуха, помогая ему спуститься.
Святогор быстро поднялся в кабину и повернул ключ. Дизель взревел с первого оборота. — Все внутрь! — скомандовал он. — Грохот взрыва Клыч точно услышал. Скоро они поймут, что мы отрезали их патруль, и рванут в обход, чтобы перехватить нас на выходе. Время пошло на минуты. Степанна, показывай дорогу к гермоворотам!
Грузовик, тяжело подминая колёсами обломки рельсов, рванулся вглубь тёмных, неизведанных тоннелей, уходя навстречу финалу.
Глава 37. Сердце и Сталь
Тоннель шёл на подъём. Тяжёлый шестицилиндровый дизель «Урала» ревел на низких оборотах, сотрясая каменные своды штольни. Под колёсами хрустел вековой щебень, а воздух, струящийся сквозь разбитые смотровые щели, постепенно терял затхлый подземный дух, сменяясь сырым, колючим сквозняком.