— И что гениального по части техники ты изобрёл? — поинтересовалась Эля, переходя с соседом на «ты».

Рокко хмыкнул, почесал затылок, сдвинув вбок цилиндр, и покосился на свои руки, будто сам удивлялся, что когда‑то эти пальцы творили вещи, способные поставить на уши целую станцию.

— Да всякое, — буркнул он, будто речь шла не о технологических прорывах, а о том, как однажды удачно починил старый чайник. — Но, если уж ты спрашиваешь… было одно изобретение, из‑за которого я и попал в немилость к командору.

Он сделал паузу, словно решал, стоит ли вообще открывать эту дверь, а потом всё‑таки продолжил:

— Я разработал систему синхронизации биоритмов для андроидов. Представь: машина, которая не просто выполняет команды, а подстраивается под настроение оператора. Если он нервничает — андроид замедляется, не сыплет лишними отчётами, не мельтешит. Если, наоборот, в запале — работает быстрее, предвосхищает запросы. Я назвал её «Эхо‑ритм».

Эля нахмурилась, пытаясь уловить подвох:

— Звучит… почти заботливо. В чём проблема?

Рокко криво усмехнулся:

— В том, что командор Викс увидел в этом не заботу, а контроль. Он взял мою разработку, слегка переделал интерфейс, убрал все «мягкие» настройки и превратил «Эхо‑ритм» в инструмент давления. Теперь андроиды не подстраивались под пользователей — они фиксировали малейшие отклонения в пульсе, в темпе речи, в микрожестах. И отправляли отчёты. Получился идеальный незаметный наблюдатель.

Алор тихо выругался на аэлорском — коротко, ёмко, так, что даже Рокко удивлённо приподнял бровь.

— Именно, — кивнул Рокко. — Я пришёл к нему, сказал, что это не то, для чего я это создавал. А он только плечами пожал:«Технологии не бывают добрыми или злыми. Они просто работают» . И велел мне доработать систему, чтобы она могла интегрироваться с камерами и сканерами в коридорах.

— И ты отказался? — тихо спросила Эля.

— Не сразу, — признался Рокко, глядя куда‑то в сторону, будто видел перед собой не кухню, а тот самый кабинет командора. — Сначала пытался спорить, потом — переубедить. А когда понял, что он не собирается ничего менять, начал потихоньку «портить» обновления. Вставлял баги, которые выглядели как случайные сбои. Но Викс быстро вычислил, кто за этим стоит.

Он помолчал, потом пожал плечами:

— Вот тогда и начались «разговоры». Сначала вежливые. Потом не очень. Он намекнул, что если я ещё хоть раз «случайно» сломаю систему, то отправлюсь на красную планету Гала — и не как турист. Тогда‑то я и понял, что пора уходить. Завирусил андроидов, удалил часть алгоритмов, собрал самое ценное и улетел первым же грузовым челноком. Командор остался «с носом», а я — в бегах. В общем на станцию я ни ногой.