Как по её, по‑земному, по‑человечески выразить всё, что он к ней чувствует? Как объяснить, что эта ревность, эта ярость не потому, что он ей не доверяет, а потому, что мысль о том, что её может не быть рядом, режет его изнутри острее любого клинка?

Скорпион откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза, когда Алор положил тяжёлую ладонь на его предплечье, туда, где под кожей вилась татуировка. Потом он опустил голову, упёршись подбородком в грудь. Он был сам себе злейшим врагом: каждый раз, открывая рот, будто специально пытался оттолкнуть женщину, которую любил, выбирая именно те слова, что причинят ей боль.

«Необходимо найти способ всё сделать правильно», — твердил он себе, стискивая зубы. Гнев и боль сжимали грудь: всё, что касалось Эли, он делал неправильно. Возможно, он и не заслужил её, но так сильно её хотел, что от одной мысли о том, что может потерять её навсегда, становилось горько до тошноты.

Он крепко зажмурился. Нужно всё хорошенько обдумать и найти способ исправить тот беспорядок, который устроил из‑за своего характера и ревности. «Ребёнок. Эля ждёт от меня ребёнка». Он ощутил, как в груди распространяется жар — не от лирран, а от самой этой мысли, горячей и живой. И выпустил энергию, заметив, как Алор прикрыл глаза, принимая её, а на его лице проступило блаженное облегчение.

— Ты настоящий энергетик, Скорпион, — наконец проговорил Алор, убирая руку и чуть встряхивая кистью, будто сбрасывая остатки чужой силы.

— Расскажи всё, — прохрипел Скорпион. И Алор рассказал: про клинику, про ксикорианскую кровь, которая наполовину в нём течёт и, которая пригодилась для наблюдения беременности Эли. Рассказал даже о том, что летал на Аэлуру и разговаривал с матерью. Назвал имя отца. Скорпион о нём не слышал, но предложил как-нибудь слетать на Кси-Аар и разыскать его, но Алор наотрез отказался.

— Ты не должен был так говорить с ней, — тихо, но твёрдо сказал Алор после того, как их разговор вновь вернулся к Эле. — Она удивительная. Она носит твоего ребёнка и страдает. Ты понимаешь, что Эля — чудо?

Скорпион резко повернул голову и свирепо посмотрел на него.

— Конечно, знаю!

— Но ты оставил её, не дал надежды, а она продолжала надеяться, что ты появишься когда-нибудь, чтобы сообщить тебе о ребенке. Она не утаила бы от тебя, — Алор покачал головой. — Я бы ничему не позволил встать на моём пути, и уж точно не своему страху, если бы мне выпало счастье найти женщину, подобную ей, которая бы обо мне заботилась. Я бы рискнул всем ради любимой женщины.

— Ты в неё влюблён? — голос Скорпиона прозвучал глухо, как удар камня о камень.