В следующее мгновение Эльма обнимает Мирью. На секунду Мирья застывает, потом поднимает руки и обхватывает ими Эльму.
Мирья чувствует, как по телу разливается тёплая волна. Словно крошечные ручейки тёплой воды текут внутри, и кожа от этого как-то приятно зудит.
Эльма высвобождается из объятий Мирьи и пару секунд смотрит на неё.
– До скорого, Болотная Кикимора, – говорит она насмешливо.
Потом поворачивается и уходит.
– До скорого… – тихо произносит Мирья себе под нос и смотрит вслед Эльме.
Подол платья шлёпает Эльму по ногам. Раскуроченные крылья почернели от болотной грязи. И несмотря на это, Мирья, кажется, вдруг понимает, что имела в виду Хельга.
Эльма красивая. По-настоящему красивая.
– Мама! Мама! – Голос Айка прерывает мысли Мирьи, и она переводит взгляд на брата.
Глава 40. Сюрприз от Айка
– Смотри! Смотри, что у меня! – Айк несётся к маме, перепрыгивая через попадающиеся на пути преграды. – Это тебе, мама!
В руках он держит пакетик.
– Мы всех опередили, мам. Эмилия и я. Мы финишировали первыми!
У Мирьи округляются глаза. Она переводит взгляд с Айка на маму и обратно.
Мама всплёскивает руками, прижимает их к губам и смеётся.
– Иди же сюда, мой зайчонок, ты всегда знаешь, как… – Мама поднимает Айка в воздух и начинает кружить, – …осчастливить мамочку!
Она ставит его на землю, бережно берёт пакетик и взвешивает в ладонях.
– Да тут соли на всю зиму! – ликует она. – Павлос, Парлотти, глядите!
Только теперь Мирья замечает стоящих чуть поодаль Павлоса и Парлотти.
– Это стоит отпраздновать. – Мама кладёт пакетик соли к себе в корзинку и обнимает Мирью с Айком.
Она увлекает их за собой к сцене. Эльфы уже кружатся там под музыку.
– Но ведь… – Мирья упирается. – Как же остальные… Что они скажут, когда увидят меня танцующей в таком виде?
– Наплевать! – Мама ерошит Мирье волосы, они совсем заскорузли от грязи. – Не всё ли равно, что о тебе думают другие? – Мирья тонет в ласковом взгляде мамы.
В следующую секунду Павлос хватает Мирью за руки, какое-то время кружит, а потом передаёт дальше, в объятия Парлотти, а та перебрасывает Мирью маме, и дальше, дальше…
Мирья отдаётся кружению. Музыка и мамин смех помогают ей почти забыть о случившемся. Она почти не думает о светящемся пузыре в болоте. Почти не вспоминает, как соскучилась по папе, соскучилась до пустоты внутри. И о том, что так и не поговорила с Феликсом. Но толькопочти .
Вспомнив о Феликсе, Мирья вздрагивает. Она лихорадочно засовывает руку в кармашек платья и успокаивается, только нащупав пальцами тёплое биение. Она не потеряла камень.