— Живо, живо давай! — захрипел он, рывком поднимая меня на ноги и толкая к разрезу в стенке шатра. — Лезь, сука, тихо!

В носздри ударил тяжёлый металлический запах крови, и я подчинилась. Разрез был невысокий, не более полуметра, так что вылезать пришлось ползком, что с завязанными за спиной руками оказалось совсем непросто. Меня бесцеремонно пихнули в задницу, придавая ускорение, и я пропахала лицом жёсткую траву, собирая кожей мелкие камешки и чувствуя новые разрезы на лбу и щеке. Не успела встать на ноги, как рядом оказался и проводник. Опять рывок, от которого руки чуть не вывернулись из суставов, и меня повлекли в темноту.

Остановились минут через десять заполошного бега. Я свалилась на бок, с трудом переводя дыхание, рядом рухнул похититель, тоже тяжело дыша и прижимая мою голову к земле. На миг наши глаза встретились, и когда его мерзкую рожу исказила торжествующая усмешка, я не выдержала, и изо всех сил боднула его лбом. Точнее, попыталась боднуть. Мужик отшатнулся и тут же отвесил мне очередную пощёчину. Сука, да как может этот тощий ублюдок быть таким быстрым и сильным⁈ Я нахватала по морде за последние дни столько, что не обратила внимание на боль, и вцепилась в его ладонь зубами, рыча от захлестнувшей меня животной ненависти. Кажется, до того, как потерять сознание, я всё же смогла вырвать из мужской пятерни кусок мяса…

Голова моя находилась в каком-то странном положении. Мир равномерно качался, а перед глазами мелькала трава и земля. В живот давила непонятная штуковина, а руки и ноги тупо ныли от врезавшихся в кожу верёвок.

Какое-то время ушло на осознание ситуации. Я лежу поперёк седла, мои запястья связаны с лодыжками верёвкой, пропущенной под брюхом движущейся лошади. Из одежды на мне лишь шёлковые штанишки, что носят местные женщины вместо трусов, и такая же рубашка, сейчас задравшаяся почти до груди. Верхней одежды нет, и на спине слепни и оводы устроили пиршество, басовито гудя и ползая по оголённой коже, выискивая незанятое местечко. Сапоги отсутствуют, а рот заткнут кляпом. В торчащий наверх зад светит солнце, заметно припекая через тонкую преграду, глаза налились кровью так, что вот-вот лопнут или выскочат из орбит.

Я дёрнулась от очередного болезненного укуса и застонала. Тут же по заднице хлопнула ладонь, раздался негромкий самодовольный смешок.

— Очухалась? — спросил ненавистный голос. — Я уж думал, так и провисишь до вечера.

Мы остановились. Кривоносый проводник спешился и неторопливо развязал узлы на ногах. Новый шлепок по заднице, видимо, эта часть моего тела была для урода особо привлекательна.