Кудей переждал поток возражений, неверия и мата, и продолжил:
— Буква — не единственное, что сделало вас жертвами. Должна была быть ещё и внутренняя готовность сменить мир. Не понимаете? К примеру, Козельск и Китеж были обречены, и они провалились целиком… Эльвира Романовна, вижу, что догадалась, молодец.
Старик посмотрел на нас, видимо, ожидая, что мы и сами поймём, до чего допетрила Муратова. Но лично у меня мозги были на перезапуске, и у других, кажется, тоже.
Поэтому маг продолжил в своей манере, так же негромко и спокойно:
— Быстрее всего сюда попадают те, кого на Земле ничего не держало. Да‑да, Аарон Борухович! Вы и ваши спутники сами отринули мир Старой Земли. Подумайте, вспомните: не были ли вы в тот вечер настроены на перемены? Не хотелось ли вам послать всё к чёрту? Не находились ли вы на жизненном перепутье?
— Я в армию собирался! — крикнул я, наконец‑то сообразив, о чём толкует маг.
— А я в больницу на обследование ложиться, — негромко хмыкнул Дархан. — Наверное, из неё вышел бы только на кладбище? Что ж, лично я не жалею, что получил второй шанс.
— Мм… — протянул Герцман. — Да, пожалуй. Но неужели простого желания перемен хватило на то, чтобы перенести нас в другой мир?
— Сработала не одна зацепка, а целый комплекс, но — да. Вы сопротивлялись Призыву меньше других, этого оказалось достаточно.
— Так мы… — опять влезла Крыгина, — получается, мы — неудачники?
— Это уж вы сами решайте, кто вы, Карина Александровна: неудачница вы или избранная.
— Пресвятая Шанель…
Тут меня прорвало, и я высказался, хотя обещал себе молчать:
— Да нахрен такие мысли, не хочу я быть неудачником! Если подумать, то мы, наоборот, везунчики, — и пояснил свою мысль: — Вот глядите. При переходе мы выжили — раз! После нас не убили — два! Спасли, к делу приставили — три! Новый мир увидели — за это вообще многие жизнь готовы отдать, это уже четыре…
— Магией наградили, — поддакнул Проц и покосился на водителя. — И здоровьем.
— Ага, и это тоже, — согласился я. — Ну и кто мы после всего этого?
«Мастер, — внезапно подумал я. — Мастер или тот толстый мент, что крутился рядом, вот кто нас сюда засунул».
Игорь Игоревич Вершинин
Су‑ука‑а… Как только старый хрен сказал про букву, я сразу понял, что так оно и есть. Есть такая штука, бритва Оккама называется. Типа: «Не парь себе мозги, мир намного проще». Это мне ещё перед контрактом говорили умные люди. И вот тебе подтверждение: просто я подошёл по параметрам, вот и всё…
Надо валить. Пока не понял, куда или кого, но валить надо. Завтра? Нет, не получится. Пока не пойму, есть ли на мне Метка, никуда я с подводной лодки не денусь. Кудей это понимает, и князь тоже, и все остальные.