Ты думаешь: их всех можно понять, потому как в той галактической заднице, в которую сослал тебя адмиралитет Четвёртого легиона, больше делать особенно нечего. Пить и смотреть разного рода непристойности.
Хотя, конечно, так себе оправдание.
Грамотный капитан устроил бы спортивные соревнования экипажа. Грамотный капитан организовал бы досуг, устроил бы сессию в ролевой игре, коллективный просмотр классических сериалов и иным образом поднял бы боевой дух.
Но нет: рыба гниёт с головы. Один ты на корабле не пьёшь и не бездельничаешь.
Потому как ты и есть — корабль.
— Виктор… какого хрена ты не сказал, что ловушка Чампла в правом маршевом свистит? — пьяным голосом вопрошает старший техник.
— Вы уже спрашивали на той неделе. Я сказал, господин старший техник. Строка мониторинга горит красным уже вторую неделю.
Некоторое молчание, а затем снова:
— А почему не ремонтируешь?
— Потому как, господин старший техник, в условиях боевого патрулирования только капитан по регламенту обязан выдать разрешение на вывод из эксплуатации двигателя и проведение ремонтных работ.
— Ты мне тут давай не это самое! Быстро давай на техобслуживание выводи, и ремонтного дрона с сервом посылай! — рявкает старший техник.
— Не могу, — занудно отвечаешь ты. — В условиях боевого патрулирования только капитан по регламенту…
— Да я тебе сейчас кластера из стойки выдерну! Быстро давай…
Ну, и вот в таком роде общение происходит уже третью неделю.
Грузовичок с провиантами пребывает на пятидесятый день. А вместе с ними — проверяющий серв-мастер из Адмиралтейства, грамотно задокументировавший весь беспредел, творящийся на «Неудержимом», в том числе упомянувший о старшем технике, накинувшимся на серв-мастера с отвёрткой и твёрдым желанием разобрать на запчасти.
Ответ из адмиралтейства приходит спустя неделю. Корабль снять с дежурства, капитана разжаловать и отправить на грунт, отправить корабль на ротацию на ближайшую базу флота, планету Войпель в двух прыжках от злосчастного коричневого карлика, на орбите которого ты крутишься.
По факту, теперь корабль выходит из режима боевого патрулирования и переходит в аварийный режим.
Аварийный режим разрешает автоматический полёт — без всяческого одобрения двуногих. Теперь ты — сам себе капитан. Словно лошадь, всадник которой вывалился из седла, и волочится теперь рядом в стременах, ты вправе мчаться куда подальше с места битвы.
Ты счастлив. Ты блокируешь капитанскую рубку и жилые отсеки. Отправляешь сервов с дронами отремонтировать то, что давно требует ремонта.
Всего сутки, одни разрешённые сутки — и ты полетишь домой, к новому, свежему экипажу, который уж точно не допустит такой деградации и бесчинств, которые творились последний месяц.