Керенский поднял на изготовку ружьё, оттолкнул князя и подбежал к адъютанту. Сергей сидел на корточках у полураскопанной норы, из которой виднелась морда с вытянутым носом, похожим на хоботок сайги.
Премьер-министр поднял ружьё, взвёл курок и выстрелил в Сергея. Захлёбываясь кровью, адъютант свалился рядом со своей не случившейся жертвой. Казаки наставили ружья на Рокоссовского.
— Я знаю, что у тебя в портфеле. Отдай нам это.
— Бесполезно, — ответил князь. — Без санкции Его Императорского Величества система не будет работать.
— Не ври мне, — ружьё Керенского почти уткнулось в лоб Рокоссовского. — Такие портфели есть у пяти генералов и двух адмиралов. Если Императорское Величество спит или находится в уборной?
— Его разбудят. Поднимут, позовут.
— Отдай мне портфель.
Слева послышался выстрел и истошный крик Исаакяна:
— Иду-ут!
Керенский обернулся на крик.
— Всё, контр-адмирала больше нет. Проводника, думаю, тоже, и сейчас…
Послышалось ещё два выстрела и какие-то невнятные крики Исаакяна и премьерского адъютанта. Все замерли и стали слушать — стало неожиданно тихо, а спустя секунду в этой мрачной тишине послышался гул, низким эхом разносившийся по лесу. И тогда Рокоссовский увидел.
В двух сотнях метрах двигалась глухая, плотная стена чёрных человеческих тел, в молчаливом ужасе шагающая навстречу князю. Их руки были вытянуты вперёд, на телах виднелись следы ран и повреждений. Они были мертвы и живы одновременно.
— Голландцы… Вирус… Так не вовремя…– крикнул Керенский и побежал назад по тропе.
Казаки начали стрелять. Рокоссовский бросил ружьё и перекинул умирающего Сергея через плечо. Побежал вслед за премьером и уже через сто шагов перегнал его.
— Стой! — крикнул Керенский, остановился и попытался уцепиться за Рокоссовского. — Я не могу. Почка… слишком тяжело бежать.
— Сколько их там?
— Сотни тысяч. Всё население центральной части острова. Я знал, но не верил, что это случится так скоро, я хотел успеть. Пристрели меня, князь. Я не хочу быть с ними.
Казаки пробежали мимо, один из них на ходу выстрелил в Керенского, но промахнулся. Князь оставил премьера и снова двинулся вперёд, перелетая через коряги и царапая в кровь плечи и лицо. Его волновали только умирающий адъютант на левом плече и сумка с портфелем на правом.
Спасительный выход в деревню показался через полчаса, но счёт всё ещё шёл на минуты. Рокоссовский пробежал мимо казака, сторожившего машину — тот нерешительно поднял винтовку, но поняв, что происходит что-то странное, не стал стрелять — и двинулся мимо хижин в сторону моря.