— Доложил, сообщение написал. Звонить пытался, вы трубку не брали.
— Не может быть такого. Я все сообщения читаю. Что ты видел? Я пока что не смотрел архивы за неделю.
Ага, конечно, подумалось мне. Все сообщения.
— Случай, конечно, пустяшный. На целине огурец вымахал. Ну или что-то вроде этого. Зелёное, в общем.
Степан Артемьевич удивился.
— На целине? У тебя всё в порядке с головой? Откуда там огурец?
— Не знаю. Я могу видео показать.
Один из техников, Сашка, несмело поддакнул:
— Да, мне дежурный тоже что-то такое говорил.
Полез в надбровный проектор. Во внутренний архив видео не закачал, а из общей базы регистраторов грузилось очень медленно — казалось бы, двадцать седьмой век, бороздим просторы, а связь как была дерьмовой, так и осталась. Впрочем, в разъезжих ТРЦ обычная практика ставить глушилки, чтобы народ больше пользовался платными каналами.
В итоге промотал, поставил на паузу, покрутил кадр. Бригадир и сидящие рядом парни уставились в проекцию. Немая пауза вышла почти такая же, как со мной, когда я его снимал. Потом бригадир расплылся в улыбке.
— А, чертяги, разыграть меня решили! На неделе же день дураков по всеобщему календарю был. Видно же, что подрисовали.
— Кого подрисовали? Огурец? А нафига мне его подрисовывать? — неожиданно резко спросил я.
— Так. Ты давай не дерзи. Я правильно понимаю, что ты файл в регистраторе исправил, подменил? Или как там монтаж делается, в потоке через шлем подкладывал что-то, да? Это, между прочим, подделка документации. Я же могу…
— Спросите у Тимура, дежурного, и у Дани. Они всё это в прямом эфире
Я посмотрел на Сашку, который упомянул дежурного, тот отвёл взгляд.
— Не знаю, может, и правда, разыграли вы Степан Артемьевича.
Ясно. С начальством боятся спорить даже по такому пустяку. Нет, Степан Артемьевич парень был неплохой, как я теперь понимаю, просто так сработала пресловутая «стадия отрицания», когда мозг не может поверить в что-то совсем неестественное.
— А может, это четырёхмерник? — предположил Тёма, сидевший в углу.
— Чего? Ты где видел четырёхмерников, которые в атмосферу заходят?
— Ну, в древности, говорят, ещё на Земле наблюдали. Тарелочки всякие, сигары.
— Понабрали дебилов, — бригадир устало откинулся на спинку стула. — Фу-х, вроде бы не перерабатывает никто, откуда такой бред? Всё, по каютам. Шлюх не водить, сейчас за этим строго.
Бред. Да, конечно же всё это бред.
После той смены пронеслось ещё пять смен, растянувшихся на две недели. Зелёная женщина продолжала сниться мне. Я сделал простой вывод, что это организм требует своего, и после «крайней» моей смены на вахте, как раз когда «Радуга» швартовалась у нас последние деньки, я сходил в то самое кафе, нашёл ту самую мулатку, попросил выкрасить лицо в зелёный цвет, потом затащил на ближайший продовольственный склад и грубовато воспользовался раза четыре.