— Вы боитесь ответственности?
— Нет… Не знаю. Скажем так, не ответственности в целом — только лишней.
— Хорошо. — Психолог кладет ногу на ногу. Колено направлено к собеседнику — все знают, что это знак расположения, и таким жестом надо пользоваться очень осторожно. — Как ваши дела вне работы? У вас нет проблем в семье?
— Нет, — твердо отвечает Карел.
— Ну же, Карел, зачем вы мне врете. У вас уже давно проблемы с вашей второй половинкой. Почему вы снова ее выключили на этой неделе?
Все знает, зараза. Еще бы, сфера полномочий корпоративных психологов куда шире, чем это может казаться.
— Захотелось резко оборвать разговор.
— Но это же не гуманно и нарушает права кибер-жен! Как я понимаю, не было никакого намека на семейный скандал или угрозу психике, и вы все равно применили крайний метод…
Разговор с психологом развивается по стандартной модели. Сначала надо спросить про работу, а потом расслабить собеседника и по локоть влезть ему в душу.
— Не знаю. Ну не нравится она мне, что я могу поделать?
Стелла понимающе, с сочувствием кивает.
— За такое начисляются штрафные баллы. Вы уже трижды делали подобное, после пятого дело будет рассматриваться в суде. Вы, вероятно, при покупке выбрали не тот психотип. Я рекомендовала вам развестись, почему вы не последовали моему совету?
— А разница? — усмехается Карел. — Я боюсь, что меня не устраивают все женщины, которых собрали на заводе, но уже поздно что-либо менять — лицензия на брак с человеком стоит гигантские деньги для меня, на это уйдут годы. К тому же все равно это похоже на…
Он осекся.
— На что?
— На клетку. Простите, но нынешний брак человека с человеком похож на клетку, после которой, в случае любой малейшей ошибки, — расстрел.
Стелла отводит взгляд. Удивительно, но Карелу даже на миг кажется, что она с ним согласна. Однако порядок проведения «воспитательной беседы» требует другого.
— Карел, мы все тут, в Белгороде, не без грешка. Но, простите, вы нисколько не изменились за то время, что здесь живете. Вы все так же похожи на подростка, у которого проблемы с социализацией. Вас не волнует прогресс. Вы отказались от добровольного чипирования, пользуетесь устаревшей техникой, глазной линзой одной из первых моделей. Не участвуете в политических процессах, вас не волнует глобальное потепление. Насколько мне известно, вы непозволительно много… злоупотребляете креативом. Должна вам сообщить, что я запросила ваше расширенное досье.
Карел вздрагивает. Снова кто-то лезет в самое сокровенное, что у него осталось. Пусть. В конце концов, шило в мешке не утаишь. Психолог, ставшая больше похожей на прокурора, продолжает: