И Джон снова сделал паузу, и закончил тем, что снова отбросило меня в тот момент, когда я поняла, что он променял меня и сына на верность королю Стефану.
— …но и отомстить за гибель моего друга, короля Стефана.
— А что это значит для меня, Джон? — сухо спросила я. — Теперь я могу ехать домой? И ты… ты будешь меня сопровождать?
— Да, Маргарет, можешь, но, к сожалению, протекция византийского императора не гарантирует тебе полной безопасности. Всё же он далеко. Но я уполномочен оказать тебе сопровождение и финансовую помощь, если потребуется нанимать тех, кто поможет тебе пробиться в твою страну.
— Джон, я не хочу объявлять войну Англии, — усмехнулась я.
— Я знаю, Маргарет. Ты ведь и замуж за меня вышла только чтобы не воевать.
Я опустила глаза. Сейчас, спустя столько лет, я уже не могла точно сказать, почему я тогда вышла за него замуж, но мне в любом случае не хотелось об этом говорить, я хотела смотреть только вперёд:
— Давай не будем касаться этой темы. Мы же договорились с тобой, что мой муж умер.
— Да, Маргарет. Теперь я Александр Орсини, византийский деспот и полномочный посол Византии.
— Когда мы сможем отправиться в Уэльс? — спросила я.
— Через месяц уже можно будет безопасно переплыть Ла-Манш, — сказал Джон. — Поэтому собирайся, Маргарет. Через две недели можно будет выезжать.
Сердце моё пело. Я еду в Уэльс! Я увижу сына!
Это была лишь первая часть моего плана, потому что вторая часть моего плана — это устройство личной жизни, которая полностью переустроит политическую карту мира.
— Маргарет, — вдруг сказал Джон. — Что у тебя с лицом? Скажи мне, что ты задумала?
Я улыбнулась:
— Я выхожу замуж, Джон.
И вздохнув, добавила:
— Если, конечно, успею.
Конечно, через две недели мы не выехали.
Во-первых, потому что погода не позволяла. Во-вторых, Джон вёл какие-то переговоры с Ганзой, итогом которых стало заключение акта о военной помощи, которая мне оказывалась Ганзейской республикой. И они обещали два корабля, что будут ожидать нас в порту на западе Франции.
В общем, выехали мы только через месяц.
А примерно за пару недель до нашего отъезда произошло странное событие. И тогда я не придала этому никакого значения.
Перемещалась по городу я исключительно с небольшой армией, потому что лорды, присланные для моей защиты герцогом Кентерберийским, так и не нашли своего «слугу». Поэтому капитан Седрик настаивал, чтобы охраны было достаточно для того, чтобы отразить любое нападение и, как можно лучше обезопасить меня во время перемещения.
Хотя я предполагала, что если убийца всё ещё в городе и он захочет меня убить, то ему достаточно засесть где-нибудь и кинуть в меня нож или выпустить арбалетную стрелу.