Обычно мы с Джаббиром перемещались на карете, но тут погода была чудесная, и мы решили пешком прогуляться до монастыря, где мы продолжали работать в лаборатории, теперь уже объясняя монахам, как правильно получать вытяжки для создания настоек.
Передавать пока технологию антибиотика я не хотела. Во-первых, это было сложно. Во-вторых, было страшно, что они сделают что-то не так, и вместо лечения получится что-то совсем другое, в результате чего меня же и обвинят.
Но, была надежда, что нам с Джаббиром удастся отработать эту технологию до такой степени, что мы сможем гарантировать некую стабильность препарата, вот только для этого надо было сначала решить все остальные вопросы, вернуться домой и спокойно посвятить себя становлению прогресса.
Когда мы уже возвращались из монастыря начинались сумерки, и я вдруг услышала стон.
Обратилась к Седрику, который всегда сам сопровождал меня вместе со своим отрядом:
— Седрик, ты слышишь?
Он прислушался.
— Нет, ничего не слышу.
Я уже подумала, что мне показалось, но вдруг услышала снова. И Джаббир подтвердил, что он тоже слышал.
А вдоль дороги довольно густо росли кусты, и я отправила туда охранников, чтобы они посмотрели, возможно, кому-то нужна помощь.
Вскоре они вернулись и сообщили, что там лежит какой-то оборванец.
— Надо ему помочь, — сказала я.
— Леди, — сказал капитан Седрик, — если мы будем помогать каждому оборванцу, мы до утра до дома не доберёмся.
— Но мы же не можем бросить человека, — и я настояла, чтобы они его вытащили.
В общем, после того как человека вытащили из кустов, и Джаббир провел поверхностный осмотр, то оказалось, что он ранен и потерял много крови. Но мы, переглянувшись с Джаббиром, решили, что помочь ему ещё можно. Почему бы не сделать это?
И я приказала доставить его к нам в дом.
И капитан Седрик, и Ричард, и лорд Анрил, все укоризненно качали головами. И только Джаббир снова загадочно сказал, что меня ведут звёзды, и, если я хочу кого-то спасти, значит, так оно и надо.
И мы с Джаббиром спасли этого человека.
Ещё сутки он провалялся в лихорадке, но Джаббир сказал, что это нормально для такого глубокого ранения. Хорошо ещё, что я у нас был запас антибиотика.
Когда он через сутки пришёл в себя, во-первых, он очень удивился, что жив. Узнав подробности своего чудесного спасения и исцеления, он попросил, чтобы меня позвали к нему. Ну, потому что он сам ещё ходить не мог, да и Джаббир рекомендовал ему соблюдать постельный режим.
Я пришла. Мужчина назвался, сказал, что его зовут Гуго, и что теперь он мой должник за то, что я не прошла мимо, и спасла его жизнь.