действий. В свою очередь, мужчины ушли в библиотеку и расположились в глубоких креслах возле горящего камина. Тяжёлые книжные шкафы, набитые технической литературой и старыми журналами, стояли плотно, почти вплотную друг к другу. На полке над камином выстроились в ряд бронзовые статуэтки: рабочий с молотом, учёный с чертежом, космонавт в скафандре — типичный набор наградных сувениров, которые в прежние годы вручали за успехи в производственном соревновании. Мелконян предложил попробовать большую редкость в КСИ — односолодовый виски. Синеоков и Воронин согласились, про себя подумав, что хозяин уж больно щедр, а это не к добру. Мелконян посмотрел на часы — они тикали громко, с тяжёлым, размеренным звуком и таким же боем, — и принялся разливать напиток по рюмкам. В этот момент в библиотеке появился Лушин, бормоча извинения за небольшое опоздание. Он пришёл в форме; в его поведении чувствовалась привычка быть нужным. Он уселся в кресло, которое, очевидно, заранее приготовили для него. Все присутствующие знали, что жена Лушина, Валентина ( по совместительству регент местного храма), никогда не ходит на «светские рауты»: она считала это пустым времяпрепровождением и проводила свободное время в молитве. Поэтому никто не удивился, что Владимир отсутствовал за столом, но появился к «деловой части» встречи. Мелконян сел в своё любимое, наиболее потёртое кресло и произнёс: — На здоровье. Мужчины выпили по глотку виски и мимикой показали, что напиток прекрасен. Удовлетворённый произведённым впечатлением, хозяин широко улыбнулся и перешёл к делу: — В общем, как говорится, есть две новости. Одна хорошая, другая плохая. С какой начать? — Начни уж с хорошей! Такой прекрасный вечер, хочется ещё немного побыть в благодушном настроении, — произнёс Логинов, поглаживая аккуратно уложенную бороду. — После вашего выступления на совещании в правительстве, Анатолий Михайлович, я получил в нашем министерстве все документы для отправки из Добнинска в Гротвино необходимых нам газов, ядерных материалов и специальных деталей, — сказал Мелконян, с дружеским расположением глядя на академика. — Прекрасно! Великолепно! — произнёс Логинов и посмотрел на Лушина. Владимир понял немой вопрос академика и вступил в разговор: — Я уже принял все нужные меры. Со стороны специальных ведомств возражений нет. Секретность будет обеспечена при получении, перевозке и хранении по всем утверждённым протоколам. — И когда же начнём? — спросил Логинов. — Да хоть завтра! Если решим проблему, — сказал Мелконян,