Перед самым заседанием я попросил Сычёва приготовить новинку:сводную таблицу финансового плана на февраль-март, на одной странице, в графах . Той же формы, что годовая, которую мы готовили для Овсянникова. На тридцать листов — ровный печатный текст, отпечатанный у Пивоварова в воскресенье вечером по моему срочному заказу (Пивоваров в этот раз не возражал, но взял по полной таксе — два рубля за тридцать листов). Сычёв разложил по столу в зале думы перед каждым местом — по одному листу.

Гласные входили — здоровались, садились. Брали лист. Не глядя — некоторые, по привычке. Кто-то поднял лист сразу.

Кутяков, сидевший в третьем ряду слева (его обычное место), поднял сводную и стал читать. Через две минуты поднял голову.

— Павел Андреевич. Это очень удобно.

Я кивнул, не прерывая открытия заседания.

— Я раньше эти бюджеты понимал на четверть, — продолжил Кутяков. — Здесь понимаю всё. У меня два вопроса, по статье «ремонт мостовой Купеческой» и по статье «санитарная комиссия Вебера».

— Слушаю, Анисим Васильич.

Вопросы Кутякова — рабочие, по делу. По мостовой — почему смета на двадцать процентов выше прошлогодней, ответ: из-за роста цен на щебень в Казани, заключение Хомутова прилагается. По санитарной комиссии — как отбираются её члены, ответ: трое назначаются думой по предложению головы, двое — по результатам общего собрания врачей и аптекарей города; список прилагается. Кутяков прочёл лист с предлагаемым составом, подумал, кивнул:

— Понятно. По этим двум статьям я голосую «за».

Заседание пошло своим ходом. Каждый гласный за заседание задал в среднем один уточняющий вопрос — больше, чем в любое из предыдущих заседаний этого года, и в три раза больше, чем зимой 1881-го. Большая часть вопросов — простые, по существу, без подвоха. Сычёв со своим маленьким самоваром стоял в углу зала, подавал чай тем, кто просил.

К пяти часам — голосование. По всем четырём статьям подняли руки в одном порядке.

Из тридцати гласных присутствуют двадцать семь (трое отсутствовали по уважительным — Анисимов на свадьбе, Покровский болен, Завьялов в Казани по торговым делам). Подсчёт по статье ремонта дамбы (сводное голосование по всему пакету):

— За — двадцать два. — Против — четверо: Бухвостов (как обычно), Шмелёв, Кочубеев, Рязанцев. — Воздержался — один: Шмелёв-хозяин голосует «против», а воздерживался Покровского помощник, который вместо Покровского, не разобравшись, поднял руку и тут же опустил.

Двадцать два — большая разница. Минимум для прохождения — шестнадцать. Запас — шесть голосов, что в думе считается твёрдым преимуществом.