— Понял, Павел Андреевич.

Прохор ушёл. Гимназия от управы в четверти версты — по Дворянской до угла, потом направо по Гимназической. Пешком четверть часа туда, четверть обратно; если задержится — значит, Семён Иваныч пригласил погреться. Я на это рассчитывал.

Прохор вернулся через час и сорок минут.

Вошёл в кабинет — шапку под мышкой, сапоги обтряхивал у порога (Сычёв недовольно посмотрел из коридора, но ничего не сказал — Сычёв за девять месяцев научился, что Прохор в управе — не писарский элемент, а элемент семейный, и выгонять его за снег на половицах не стоит).

— Докладывать можно, барин?

— Докладывай.

Прохор встал у стола. Переступил с ноги на ногу.

— Василия Алексеевича в учительской нет. Болеют с четверга, третий день, простуда, кашель, не встают. Записку оставил Семёну Иванычу, под роспись в его книжке. Семён Иваныч расписался, обещал передать Василию Алексеевичу в понедельник утром — в понедельник Залесский, если встанет, в гимназию придёт за жалованьем за декабрь, которое не успел в прошлый понедельник забрать.

— Хорошо.

— А ещё, барин, разрешите доложить. — Прохор переложил шапку под другую мышку. — Я, когда в гимназии был, сидел в каморке у Семёна Иваныча, грелся — у меня сапоги прохудились, правый каблук в пятницу почти отвалился, я его бечёвкой примотал, но промок по дороге, ноги стало подмораживать. Семён Иваныч пригласил попить чаю, у него самовар тихо кипит.

— Выпил чаю?

— Выпил. Семён Иваныч прошлого года сестру выдал замуж — во Второе Заводское, за плотницкого сына. Плотницкий сын — мастер, у него подряд на церковь в соседнем селе. Семён Иваныч ими гордится. — Прохор помолчал, собираясь с мыслями: он всегда докладывал последовательно, в том порядке, в каком события происходили. — Потом на обратной дороге у колодца на Пушкарской бабы меня окликнули: ну что, Прохор, где барин нонче лес покупает, правда что у Морозкина теперь или опять у Гордеева?

Я посмотрел на Прохора внимательно.

— И что ты ответил?

— Я, барин, — Прохор замялся, — я им сказал три разных вещи. Первой бабе — что барин лес покупает там, где дешевле, он сам смотрит. Второй бабе — что в этом году ещё не решили, весной будет видно. Третьей бабе — что лес мы вовсе не покупаем, а сами везём, с заводской делянки за Волгой.

— Почему три разных ответа?

— А они, барин, одно и то же спросят по три раза, пока не сойдутся. Если я всем одно отвечу — они на один ответ согласятся и дальше пойдут распространять. А если три разных — каждая будет своё помнить, и между собой переругаются, и до следующей недели новости про лес в городе устоятся своим ходом, а не нашими усилиями.