Он пожал плечами. — Не такая уж и большая. У Шараповой гораздо больше. А она мало где побеждает.

— Но Шарапова очень популярна. Ее главный козырь это внешность.

Отец хмыкнул. — Наша Катя уж всяко ей не уступит. Вон какая красавица!

— Мы с вами полностью согласны. Но пока все слишком неопределенно, существуют немалые риски. К тому же эта история с Фоминой. Мы предлагаем самый оптимальный вариант…

По окончанию переговоров, юрист заявил — «Спасибо, надо подумать» и фирмачи удалились. Оставшаяся сторона приступила к обсуждению. Ольга Валентиновна высказала свое мнение:

— Рано подписывать. Они все жмутся. Пока только Европа выиграна. Этого мало. Плюс сбой в короткой программе. Не хотят рисковать. Вот после Олимпиады совсем другой разговор пойдет.

Юрист согласно кивнул. — Да, они потому и спешат до Олимпиады, чтобы сэкономить. Согласен, лучше подождать. Тем более что ждать недолго. А после золота можно сразу несколько контрактов заключить. На эксклюзив подписываться нет смысла.

Отец вопросительно глянул на дочь. — Как считаешь?

Она обреченно развела руками. — Ладно, подождем…

Катя быстро шла по нескончаемому коридору областной больницы, в сопровождении медсестры-студентки. На плечи накинут белый халат, на ногах бахилы. Вокруг тихо, девушки почти никого не встретили, кроме пары врачей, куда-то спешивших навстречу.

Наконец, дойдя почти до конца коридора, медсестра остановилась. И аккуратно приоткрыла дверь с левой стороны.

— У вас полчаса. — Хорошо.

В палате было чисто и просторно. Свет неяркий, чуть приглушенный. Всего там находилось двое пациентов. Слева — пожилая женщина, с морщинистым изможденным лицом. Голова приподнята и повернута вбок, чтобы не захлебнуться при непроизвольной рвоте. В носу кислородная трубочка.

Справа — девушка в ортопедическом корсете. На гигиенической клеенке, обернутой тканью. Под крестцом — специальный резиновый круг в хлопчатобумажной оболочке. Под каждым локтем и в области пяток также резиновые кружки. Это во избежание пролежней. Так как больную нельзя было поворачивать с боку на бок.

Она недвижно лежала на спине. Выглядела вполне неплохо, дышала ровно. Казалось что она просто спала…

Катя подошла поближе и замерла, глядя на девушку. Зачем-то спросила:

— А как ее кормят? Внутривенно?

Медсестра качнула головой. — Она без проблем глотает. Кормим высококалорийной и легкоусвояемой пищей. Бульон, кефир, яйца всмятку, протертые супы.

— А как она… вообще?

— Не очень понятно. Что-то с ней не так. Все рефлексы абсолютно здоровы. Мозговая активность слабая, но… она присутствует. Понимаете, при любой форме мозговой комы имеет место глубокое поражение нервной ткани головного мозга. Сначала угнетается сознание. Затем пропадают рефлексы, что связано с поражением глубинных структур мозга. А у нее все в порядке! Ни малейших нарушений. Она как будто спит.