— Спасибо…
Сняв коньки, аккуратно уложила их в спортивную сумку. Затем быстро оделась и вышла наружу…
Я все могу!
Катя зашла в пустую раздевалку. Облачилась в тренировочную форму, нацепила коньки и задумалась. Ее губы тронула улыбка…
Путь до Дворца спорта оказался непростым. Уже по дороге к метро Катя обнаружила повышенное внимание к своей персоне. Встречные проявляли к ней немалый интерес. Не все конечно, но многие. Замедляли шаг, вглядывались, на их лицах начинались всевозможные метаморфозы. От изумления до восторженных улыбок. Люди оборачивались вслед, слышались приветствия и одобрения.
В метро стало совсем туго. Ее тут же опознали. И поскольку деваться с «подземной лодки» было некуда — пришлось отрабатывать по полной. Одних автографов с десяток написала. А когда выходила, вслед прозвучали аплодисменты.
— Жесть какая-то! Придется очки надевать. Или парик.
Вдоволь поулыбавшись забавным воспоминаниям, Катя наконец отправилась на лед, ощущая при этом неудобство, связанное с коньками. Во-первых, ботинки не были «разбиты». Но главное — это странный дискомфорт, связанный с раздвоением навыков. Сама-то Катя каталась на обычных коньках. А вот умение, переданное Гостьей, было заточено под коньки из будущего. Из-за этого в ощущениях наблюдался какой-то разбаланс.
— Ничего, это пройдет…
Зайдя на каток, она обнаружила у бортика Ольгу Валентиновну и хореографа Никиту. Если тренер выглядела примерно как и раньше, то вот Никита явно повзрослел — это было заметно. На льду катались четыре девушки. Завидев Катю, тренер всплеснула руками.
— Ну наконец-то! Явилась пропащая душа.
— Здрасьте… Извините, я проспала.
— Ты уж постарайся не спать так крепко. Времени уже в обрез.
— Угу, не буду больше.
Катя поздоровалась с Никитой и соскользнула на лед. Вслед услышала удивленное восклицание:
— А почему ты не в своих коньках?
— Они это… сломались. Буду в таких кататься.
— Гос-споди, прямо перед Европой! Ну что за беда!
— Нормально.
Хотя на самом деле было не очень нормально. Дискомфорт и как следствие — неуверенность. Катя вздохнула и принялась раскатываться по кругу, сопровождаемая тревожными взорами «руководства».
Остальные девушки тоже поглядывали на нее с интересом. Три из них еще совсем малышки, лет по десять-двенадцать. Ольга Валентиновна уже стала набирать воспитанниц в свою будущую школу (академию) Поскольку от желающих отбоя не было, она проводила скрупулезный кастинг. И брала лишь самых одаренных, перспективных девчушек. Главным критерием было — прыгает ли кандидатка тройные? Хотя бы простейшие. Гибкость тоже имела значение.