Мы в молчании дошли до крыльца. Алиса посадила Павлика на нижнюю ступеньку, устроившись рядом. Я присел на завалинку чуть поодаль и закурил, проследив, чтоб дым на них ветром не сносило.

— Яр, я там посмотрела на полках, пока убиралась… Нам обедать-то особо и нечем. Крупы немножко, масло постное в бидоне, но горькое уже, старое. Ни молока, ни хлеба, — Алиса говорила тихо, но твёрдо, как мать, которая знала, что у ребёнка нет еды. Прямее мотивации выдумать, наверное, невозможно.

— Сейчас до Нивейки сгоняю, принесу вещи. Шарукан, наверное, нам с собой положил чего-нибудь съедобного, он мужик опытный, продуманный. Не то, что… — да, с самокритикой у Ярика всегда всё было в полном порядке. С остальным бы так.

— Только воды набери сперва, ладно? Я кипятить поставлю, чтоб времени не терять. Тут ни чайника, ни розетки, ни холодильника, — да, судя по антуражу, изба Хранителя за последние лет двести из нововведений приняла только клеёнку на стол да несколько жестяных банок под крупы и прочие сыпучие продукты. Кажется, на одной из них я видел надпись с «ятями». В любом случае, про электричество дом если и слышал, то что-то неубедительное и не всерьёз. И, если наша «автономка», как обычно говорил в моём детстве о походах дядя Сеня, затянется надолго — надо будет и на этот счёт задуматься. И про починку. И про огород. И скотину.

Пожалуй, раньше меня такой непочатый фронт работ вогнал бы в тоску с депрессией. Сейчас же было что-то вроде весёлого куража. «Кто не сможет — я не смогу? Ну-ка, отойди-подвинься!». Это было неожиданно, но очень воодушевляло. Возможно, через некоторое время, под воздействием внешних факторов это чувство и пропало бы, но пока держалось стойко. Будто стимулируя, распаляя охоту к движению и действиям. Наверное, это и была та самая Ярь, энергия, которую можно использовать по-разному. Но она в любом случае была, и это грело. Сильно. Почти жгло. Особенно после того, как увидел Павлика, что пускал на подбородок зелёные слюни. Надёргал, пока Алиса не смотрела, травы и начал жевать.

До машины путь был недолгий и понятный — за створку плетня, и по нашим же, не успевшим выправиться и пропасть, следам по траве. Через ручей по сосенке, направо вдоль берега. И вот она, помесь лягушонки, коробчонки и Конька-Горбунка.

В багажнике аккуратно стояла большая сумка и две наволочки Алисы. На сумке сверху лежал пакет от бабы Раи. И тоже, наверное, мог пригодиться. Когда Ося отключит Сергия от своего, как он сказал, «капельного полива», вполне возможно, придётся некоторое время капать чего-нибудь укрепляющее привычными способами. Я вынул наволочки, поставив их прямо на мох возле багажника. Одна полегче, вторая потяжелее. А сумка чуть ли не пуд весом. Ладно, надо подумать, как это всё поудобнее распределить, чтоб сто раз туда-сюда не бегать.