— И смотрит на мои ноги так похотливо! — услышал я знакомое слово «похотливо», редко употребляемое, но виденное мною в анонимке. Точняк, кроме графической экспертизы есть ещё и лингвистическая!
Резко ускоряю шаг и догоняю парочку девочек. Сразу всё встаёт на свои места. Идёт Оксанка, бывшая Аркадия, с незнакомой мне девицей.
— Девчонки, проводить вас? Вы куда собрались? К таксистам за водкой? — шучу я.
— Кто это? — спрашивает незнакомка у Оксанки.
— Штыба, пусть проводит, хоть какая-то польза от него будет, — говорит Оксана. — Я сестру на автобус провожаю, водку — это вы пьёте.
— Ну и написали бы и про водку в анонимке, чё только про Ленку придумали? — насмешливо говорю я, наблюдая за лицами девушек.
Дернуться или нет?
Дернулись.
— Где написали? — быстро пришла в себя Оксана.
— В анонимке, которую вы подкинули Олегу Павловичу. На меня, на Пашку, кобеля этого, поделом ему, и на Аркадия, которого теперь не пускают на соревнования городские, а вскоре, может, и посадят, — на одном дыхании высказываю им свои претензии.
— Ну, ты и сочинять! Ничего я не писала, и вообще мы сами дойдём. Отвали! — грубит мстительница.
— Я уж провожу, до пункта ДНД, там и милиция часто стоит, сразу поеду заявление писать на вас, пусть вас сразу везут в отдел! — пугаю я. — Проверим почерк у твоей сестры, уверен, он совпадёт с тем, что в анонимке!
Девушки остановились и переглянулись между собой.
— Да, и написала! А что, неправда? — азартно кричит Оксанка.
— Неправда, лично про меня — неправда, не было ничего с Ленкой у меня, — вру я.
— Она хвасталась! Говорила, мол, у тебя как у коня, большой! И теперь ты за ней бегать будешь! — злорадно сказала Оксана.
— Ты в своём уме? Откуда она могла у коня видеть? В Бородино нет коней, это город! Да и маленький у меня, и кривой, — соврал я и тут же перешёл в наступление. — Аркадия по злобе оговорила? Сама у него подарки брала, да и покупала тоже, думаешь, не докажут? Он один в тюрьму не захочет. Тебе много людей спасибо скажут! Да и спала ты с ним, я точно знаю. Что про себя ничего не написала?
— А как ты догадался, что я писала? — вдруг спросила сестра.
— Словарный запас у тебя маленький! Повторяешься! — не глядя, ответил я.
— Я на филолога учусь! Я столько книг перечитала! У меня маленький! Это у тебя маленький! И кривой! Что вот ты из классики сейчас читаешь? — разозлилась девушка.
— Ничего не читаю! У классиков давно проды нет, — шучу я.
— Чего нет? — не поняла сленга будущего филолог.
— Новых произведений они давно не пишут, а старые все прочитал, — поясняю я.
— Они же умерли, как они напишут? — тупит девочка.