— Толя, у нас проблемы, — говорит он после опустошения запасов еды.
— Не у нас, а у вас, — каламбурю я.
— К сожалению, а в моём случае к счастью, у нас, — интригует он.
— Ну, колись, — сыто и довольно говорю я, не понимая, зачем я так наелся?
— Я участвую в первенстве города по настольному теннису, как ты знаешь, — начал Аркаша.
— Так, — согласно киваю головой я, хотя об этом слышу в первый раз.
— Послезавтра финал, а я поехать не могу, не отпускают! — удивляет спортсмен.
— Считай, уже отпустили, — вяло махаю рукой. — Поговорю с Олегом Павловичем.
— Он и запретил, — грустно говорит Аркадий.
— Косякнул где? — настораживаюсь я, ведь мне директор ничего не говорил.
— Ничего не делал, сказал просто, надо на занятия идти, мол учёба важнее, чем спорт.
— Сиди тут, мутно всё как-то, — рывком вскакиваю я и иду в кабинет директора.
— Анонимка на этого торговца пришла, мол, продаёт вещи в общаге. Ладно, ещё мне прислали, а не выше куда. На тебя тоже были анонимки, я говорил, но там — тьфу, мелочи. Тебя и прикрою, а Аркадию этому лучше не светиться, хотя бы пока я не уеду в Москву, — поясняет причину запрета босс.
— Так финал же! — пробую возразить я. — А кто пишет, я знаю, комсорг наш обиженный.
— Полуфинал сначала, потом финал, но не это главное. Там мастера играют, нет шансов у Аркадия всё равно. На Пашу я тоже думал, но невыгодно ему. Не хотел говорить, но на него тоже компромат, и серьёзнее чем у вас, прислан, да и почерк женский.
— Почерк! Надо проверить всех! — радуюсь удачной мысли я.
— Проверили — не наши писали, — тормозит меня Олег Павлович.
— Может, он попросил эту свою подружку Ольгу Олеговну, её почерк проверьте!
— Не она, — хмуро говорит директор. — А ты не болтай что у них любовь, я уже провел воспитательную беседу с ней, но Павлу этому уже восемнадцать, школу закончит и женится, говорит.
— Можно мне образец почерка посмотреть?
Палыч мнётся, но достаёт листок бумаги. Анонимка на меня. Я, оказывается, похотливо!!! растлил свою соседку по комнате и живу с ней половой жизнью. Я лучше в улей к пчёлам суну! Да и в тот единственный раз с Ленкой моя роль была без слов.
Иду к себе огорчать Аркадия, размышляя по пути, кому мы втроём дорогу перешли? Три парня.
Пока свежо в памяти, переписываю на бумагу свой доклад, удачный получился. Расширяю его и правлю немного. Потом планирую целый курс докладов уже подробно, с цитатами из классиков. Это для Москвы. После ужина иду подышать свежим воздухом на стадион, к морозцу я уже привык. На улице темно, фонари горят, но редко. Из общаги выходит парочка, но кто — мне не видно. Вдруг слышу чей-то голос, вроде как девчонки моих лет. Та взахлеб делится с кем-то, мне невидимым, своими впечатлениями. Но меня смутили не впечатления, а манера изложения мыслей.