— Сан-Саныч заболел, уехал в санаторий, и вообще, увольняется, вместо него гниду взяли какую-то — Константина Михайловича. Он на полставки ещё и воспитатель, — скривился сосед. — А директора нового пока не понять, слушает всех, но себе на уме. Этот… как его… Николай Сергеевич! И фамилия у него такая… нерусская, которые собак едят!
— Ким, я его помню, виделись же в колхозе, — задумываюсь я. — В мафию с нами играли, потом он нам дискотеку разрешил проводить, даже задание такое дал, а не разрешил.
— Вроде да, но Аркашу чуть из школы не выгнал, это… как его… Фарца ты, говорит, а не комсомолец! А чего он фарца? — ну продаёт что лишнее, удивлялся наивный Бейбут.
— Ладно, давай на завтрак, — решаю отложить выяснение обстоятельств я.
— А игра? — напоминает сосед, но я отмахиваюсь, мол, потом.
По пути на завтрак я опять столкнулся с «гнидой», он только что сменился, и встречей со мной был изумлён.
— Ты как тут? Отвечай! — схватил за руку меня вахтёр-воспитатель.
— Нахер пошёл, — шепнул ему доверительно я, вывернув свою кисть в сторону его большого пальца и легко освободившись от захвата.
Я уже понял — дружбы нам не видать, я ему утрешнюю встречу не прощу, да и он не выглядит адекватным. Так что я могу с ним что угодно делать, главное — без свидетелей, по-тихому.
— Мальчишка, стой! — заблажил мордатый, не ожидавший такого четкого и прямого ответа.
Захожу в столовую одним из первых, завтрак у нас с восьми до без пятнадцати девять, а потом — занятия. Костян убежал, наверняка к директору, но у меня с собой козырь из козырей. Берём вместе с Бейбутом завтрак. Эх, как я соскучился по местной еде, вроде, в Венгрии всё богато и необычно, а тут лучше. Молочный суп с лапшой! Булочка с повидлом и маслом, яичко, сваренное вкрутую и белый хлеб. Входящие в столовую приветствуют меня, все без исключения, даже подлец Пашка, комсорг, руку протянул. Пожал. А чего — мне не в падлу, настроение с утра хорошее, хотя щас мне его испортят. Вон Ленка ко мне идёт! А может и не испортит, ведь на ногах у неё чулки! Так-то их не видно, но Карлыгаш сказала чулки — значит не колготки.
— Толя, я так соскучилась! А остальное ты привёз мне? Что я заказывала — жвачку, картинку на стену красивую, духи, газировку чешскую…
— Венгерскую, поправляю её я, — удивляясь, что весь список у меня в наличии, а я ведь его даже не разворачивал! — Всё купил, сверялся трижды со списком. Не знаю только отдавать тебе или нет? Кто там к тебе в окно залазил?
— Сам дурак!
Взметнулась короткая юбочка в горошек, обнажив для всех край чулок. Теперь всем видно — это чулки! Закончился мой эксклюзив. Все эти мысли вылетели из головы через пару секунд — в столовую заглянул новый директор и вахтёр.