— О-о как, — задумчиво протянул Джек. — То есть, выходит, нашлась на них управа? — он посмотрел на Эри.
Та ответила непонимающим взглядом:
— О чём ты?
— Хочешь, чтобы она… — сообразил Серый.
— Я не буду больше на них воздействовать! — Эри тоже догадалась. Аж отпрянула. — Это… это подло!
— Подло — людей заживо поджигать.
Но продолжать разговор Джек не стал. Придвинул к себе глиняную плошку, оставленную Марией, снял крышку. Скривился, понюхав содержимое. И позвал:
— Серый, иди сюда. Поглядим, как доброта от ожогов помогает.
Вечером, едва успели сесть завтракать, Джек обронил:
— О. Похоронная команда явилась.
Он смотрел в окно. Серый и Эри посмотрели туда же.
Трупы укладывали на носилки. Георгий, двое мужчин и почему-то женщина. Мужики выглядели хмуро, женщина то и дело утирала слёзы платочком. Серому показалось, что люди стараются смотреть куда угодно, только не в сторону их дома. Вместе с «похоронной командой» пришла Мария. После того, как тела унесли, поднялась на крыльцо и постучала в дверь.
— Заходи, — бросил Джек. — Давно не виделись.
Мария вошла.
— Мира и добра.
— И тебе не скучать. Силоса бахнешь? — Джек кивком указал на миску с нарезанной зеленью. — Свежак, только нарубили.
— Благодарю. Я сыта.
— Веришь — сам обожрался так, что не лезет. Чего б другого навернуть… — Джек горестно вздохнул. — Так, что хотела-то?
— Я подожду, кушайте. — Мария, благочестиво сложив руки, застыла посреди комнаты.
— Да ладно уж. Не тяни, выкладывай.
— Только не подумай, что я в чём-то вас обвиняю, — осторожно начала Мария.
Джек ухмыльнулся:
— Я думать не обучен. На то другие умники есть.
Мария помолчала и неловко продолжила:
— Видишь ли. Люди, которые вчера приходили к вашему дому… Они ведут себя… странно.
— То есть? — не понял Серый.
— Ещё вчера, под утро, к нам с матерью Серафимой прибежала Наталья — это жена Николая, — начала рассказывать Мария. — Одного из тех, кто…
— Знаем, — перебил Джек. — Дальше.
— Мы с матерью Серафимой были в лечебнице, врачевали раненного. Наталья рассказала, что её муж, вернувшись от вас, будто превратился в малое дитя. Он не мог вспомнить, зачем и куда ходил. На её расспросы отвечал недоумёнными взглядами. Он… забыл, где находится туалет. К умывальнику Наталья тоже отвела его за руку. А вернувшись в дом, Николай попытался лечь спать прямо в одежде. Не надевал ночной костюм — до тех пор, пока Наталья не сказала, что нужно это сделать. Наталья надеялась, что это временно, и к вечеру всё пройдёт. Но вечером Николай не встал, чтобы идти на пасеку — хотя обычно поднимался раньше жены. Ему снова пришлось напоминать, где находится туалет. Что нужно одеться, умыться… Когда Наталья сказала про пасеку, Николай не понял, о чём она говорит. Наталья испугалась и побежала к нам. А вслед за ней потянулись другие женщины. Те, чьи мужья и соседи вчера приходили сюда.