Мрак, задумчиво глядя на Кирилла, пожал плечами.
В родной посёлок они прискакали перед самым рассветом — терпения на то, чтобы пережить в приюте ещё один день, не нашлось ни у Кирилла, ни у Мрака. Скакали быстро, как только могли.
Ещё издали увидели, что ворота посёлка распахнуты настежь, а перед ними неподвижно стоят две фигуры — плечистая мужская и стройная женская.
— Батя, — севшим вдруг голосом сказал Мрак. Кашлянул. И прикрикнул на Шамана: — Шевелись ты, ну!
Через минуту они с Кириллом уже спешивались у ворот.
— Целы? — коротко спросил Рэд. — Да не орите вы! — цыкнул на вопящих от восторга, скачущих вокруг путников младших сыновей.
Обнял спешившегося Мрака.
— Целы, — подтвердил Кирилл. И прижал к себе бросившуюся ему на шею Лару.
— Джек? Олеська? Серый? — Рэд повернулся к нему.
— Джек и Серый остались на юге. Так было надо. Олеська… — Кирилл не договорил.
Почувствовал, как окаменела в его объятиях Лара. Через силу попросил:
— Потом. — Отстранился от жены. Кивнул Рэду на Шамана: — Это — пленный. Солнце не держит. Пристрой куда-нибудь, запри на замок. После того, как запрёшь, людей к нему не подпускай! Никого, кроме меня и Мрака. Даже сам не подходи. Оглянуться не успеете, как мозги вам заполоскает.
Мрак тоже отошёл от отца. Все, включая мальчишек, уставились на Шамана. Дополнительных разъяснений не потребовалось — полузабытое, по мирному времени, слово «пленный» говорило само за себя.
— Сведи пока в чулан, где буянов запираем, — глядя на Шамана, приказал Мраку Рэд. — Там засов на двери есть, крепкий. — Прочие двери в посёлке традиционно не запирались. И велел застывшему в седле Шаману: — Слазь. Приехал.
От домов к воротам, привлечённое счастливыми детскими воплями, уже спешило остальное население.
Рэд пришёл к Кириллу вместе с Мраком. Быстро, едва ли полчаса прошло — Кирилл успел только помыться и переодеться с дороги. Мрак, видимо, тоже ничего другого не успел — чугунок с ужином отец и сын принесли с собой.
— У вас и поедим, — объяснил Рэд.
Кирилл согласно кивнул.
Лара накрыла на стол. Расставила тарелки, вынула из буфета рюмки. Четыре поставила рядом с тарелками, одну в стороне.
Кирилл налил в рюмки самогона. Ту, что в стороне, Лара накрыла куском хлеба.
Молча, не чокаясь, выпили. Помолчали. У Лары вдруг затряслись плечи. Она всхлипнула и, закрыв лицо руками, выскочила из-за стола. Громко хлопнула входная дверь.
Рэд посмотрел вслед убежавшей Ларе. Взялся за бутылку и заново наполнил рюмки. Придвинул к Кириллу его, поднял свою. И, глядя Кириллу в глаза, твёрдо сказал:
— Давай. Вернулись — молодцы.