Задавать отцу вопросы в присутствии Шамана и чужаков Серый не решился, с крыльца разошлись молча. Мрак и подавно ни слова не обронил — хотя Серый понял, что обалдел от распоряжения отца не меньше него. Дабы сохранить лицо, все дружно сделали вид, что всё идёт, как задумано. И лишь убедившись, что Георгий, Ариадна и Виссарион обосновались в доме неподалёку с явным намерением не высовываться до вечера, а утомлённый ночным переходом Шаман затих в дальней комнате, Серый решился заговорить.
— Пап. Ты нам ничего сказать не хочещь?
Эри и Мрак замерли, Джек невозмутимо продолжил разматывать бинты на боку.
— Хочу, — кивнул отец. — Сейчас Джеку повязку поменяю, отойдём туда, где ушей лишних нет, и поговорим.
Через полчаса отряд вышел в пристроенный к дому двор — помещение без окон, хозяева когда-то держали здесь скотину.
Темнота сменилась полусветом — сквозь щели в прохудившейся крыше пробивались тонкие лучи солнца. В ярких, узких полосах плясали пылинки. У дальней стены помещения стояла узкая лавка, на неё и присели.
— Итак, — сказал отец. — Ситуация следующая — Жека, поправь, если ошибаюсь. За тридцать лет люди Шамана подсели на присутствие его и Ангелины мощнее, чем Дикие на наркоту. И теперь, без Шамана, у них началась ломка. Разум, привыкший к тотальному контролю — то есть, к тому, что его постоянно поглаживают, поддерживают и направляют, — вдруг утратил опору. Наружу вырываются доселе подавляемые эмоции и желания. Необъяснимая тревога переходит в агрессию. Растерянность сменяется вспышками бунтарства, а вспышки — страхом ответственности, неумением отвечать за свои поступки. Вскипает и выходит на поверхность всё то, что Шаман нежно и с любовью подавлял в людях тридцать лет. Зависть, злость, желание самоутвердиться… У нас так дуреют подростки в период пубертата — но рядом с нашими детьми всегда есть взрослые люди, готовые помочь.
— По шее двинуть, — хмыкнул Джек.
Кирилл серьёзно кивнул:
— В том числе. Ты, возможно, удивишься, но в обозначенной ситуации физическое воздействие — одна из форм оказания помощи. А у людей Шамана таких «взрослых» рядом больше нет. Люди не понимают, что с ними. Боятся того, что происходит, и на пике своих страхов творят новую дичь. А учитывая тот факт, что физически они — реально взрослые, то есть сильные, телесно здоровые люди, бед могут натворить немало. А в бедах обвинят — как вы думаете, кого?
— Кого? — удивилась Эри.
— Нас, — буркнул Мрак. — Кого ж ещё.
— Почему нас?
— Дак, потому что пока у них Шаман был, всё нормально было, — объяснил очевидное Серый. — Ну, то есть, они считают, что нормально — не в курсе же, что им тридцать лет мозги сношали. А пропал Шаман, муйня началась. А Шамана увёл — кто?