— Технологию обкатывали. Я ж тебе говорил. Или ты меня не слушал? Что это главное, а там посмотрим и подумаем. Вот я посмотрел и подумал!

Студент нахмурился, явно теряя нить.

— Слушай внимательно. Наберем вилок да ложек из стали или латуни. Ты их купаешь в своих ваннах до благородного блеска.

Я сделал паузу, давая ему переварить, и загнул палец:

— Заказываем у толкового столяра шкатулки. Внутри оббиваем бархатом. Да толкаем богатеньким лопухам. В чем цимес схемы: поймают с фальшивым гривенником виселица. А с посеребренной ложкой… Ну, извините, господин околоточный, сами на ярмарке купили, нас обманули-обвесили. Да и честно можно продавать говоря, что это гальваника. Навар будет меньше, зато спим спокойно.

Костя внезапно фыркнул. И упер руки в бока, всем своим тощим видом показывая, что без него тут всё развалится.

— Грош цена этой идее, Арсений! Ни один эту шкатулку не купит.

— Обоснуй.

— Пробирное клеймо! — веско припечатал Костя, подняв указательный палец. — Восемьдесят четвертая проба, инициалы мастера, год. Без этой малюсенькой печати ложка просто кусок железа. Хоть в три слоя ее серебром зальем.

Пришлось мысленно признать поражение.

— Твоя правда, — согласился я, поднимаясь. — Значит, поставим клеймо. Найду умельца, который сделает. Да в конце концов можно сказать, что это аглицкого производства сервизы. Да и поставить чего-то эдакого, а то и французский из самого Парижа.

Хлопнув студента по плечу, заметил, как он горделиво расправил плечи. Оценили.

— А тебе сегодня вот что надо сделать. Сгоняй к Даше на кухню, возьми обычную железную ложку. Зачисти и покрой серебром. Проверим, как слой ляжет на изгибах. И да, — остановился я у двери, — про уроки не забудь у мелких.

Дело обретало реальные очертания. Да здравствует ювелирная артель.

Поднявшись на чердак, застал там лишь Яську. Мелкий сидел, яростно тер кулаками заспанные глаза и клевал носом. Заметив меня, он смешно шмыгнул и выдал с максимально серьезным видом:

— Сеня, а плавда, сто мы сколо будем кушать как балины? Мне плисьнилась ба-альшая булка… с изюмом!

— Правда, Яська, — хмыкнул я, усаживаясь на свой матрас. — И булка будет, и даже поросёнок на вертеле с яблоком. Спи давай, пока можешь.

Мелкий довольно засопел, завернувшись в одеяло, а я достал стопку старых газет. Развернув шуршащие листы, быстро пробежался взглядом по колонкам. В памяти сразу всплыли нужные псевдонимы борзописцев.

Пошарив вокруг, нашел огрызок карандаша. Прямо на клочке бумаги набросал имена потенциальных торпед для будущей информационной войны: ядовитый Оса, зубастый В. Д. и, конечно, Антоша Чехонте. Эти ребята, если им грамотно подкинуть фактуру, порвут любого. Адреса редакций перекочевали на шпаргалку, а та в карман. В углу лежали бумаги, порывшись среди них, я нашел план развития приюта и список с подчёркнутыми именами, который вчера отдала мне Анна Фрацевна.