Она молчала, выстраивая новую картину мира. Арчибальд — предатель? Договор с дьяволом? И я, великий магистр Кассиан, вел себя как последний гном-алкоголик ради того, чтобы спасти всех?
«Ты… ты хочешь спасти Академию?» — Ее голос предательски сорвался.
«Да! — рявкнул я, не скрывая раздражения от того, что мне пришлось оправдываться. — Об этом я и говорю!»
«Рик знает, как нас разъединить?»
«Скорее всего», — я мысленно опустил голову.
И в этот момент, без моих защитных барьеров, она посмотрела в самую суть моего сознания. Она увидела не умудренного опытом декана, а что-то совершенно другое.
«Ты не посмеешь, — предупредил я, тщетно пытаясь перехватить контроль над нашим телом. — Это полнейшая тупость! Нас точно поймают!»
«Сам ты — тупость!»
«АМАЛИЯ!» — заорал я внутри ее сознания, но это оказалось бесполезно.
Она стремительно подошла к массивной дубовой двери. Собралась уже кричать, но вдруг замерла в нерешительности. Всего на секунду.
Я не мог пробиться сквозь возведенную ей ментальную стену, чтобы прочесть конкретные мысли, но буквально кожей ощутил, как внутри нее что-то щелкнуло. Привычная паника просто испарилась.
Я понял это по тому, как расслабились ее плечи и выровнялось дыхание. Та забитая зубрила, дрожащая в грязном плаще ловчего Торна, исчезла — на ее месте осталась девчонка, которой абсолютно нечего терять.
«Не делай этого!» — попытался я ее остановить.
Амалия тихо наклонилась к замочной скважине. Набрала побольше воздуха в легкие и, исказив голос до неузнаваемого визгливого писка, прокричала прямо в темную щель:
— Арчибальд — старый пень! Трахает первокурсницу Изабель!
Выдав эту несусветную дичь, она мгновенно отскочила от двери, путаясь в длинном плаще ловчего Торна. Она скользнула в глубокую, неосвещенную нишу за декоративной каменной колонной, вжавшись спиной в камень.
За толстыми дубовыми створками на миг все стихло. Видимо, мозг Арчибальда просто отказывался переваривать столь наглое заявление. Но тишина длилась недолго.
Внутри раздался жуткий грохот — будто ректор в приступе ярости опрокинул стул, — а следом послышался низкий, клокочущий рев.
«Почти как медведь…» — мысленно усмехнулась Амалия.
В следующую секунду дверь едва не слетела с кованых петель, с пугающей силой врезавшись в каменную стену. Арчибальд пулей выскочил в коридор. Его обычно надменное бледное лицо пошло уродливыми багровыми пятнами, а массивная шея надулась так, что воротник рубашки, казалось, сейчас треснет по швам.
— Кто это сказал?! — рявкнул ректор, бешено озираясь по сторонам пустынного коридора.