— Ну так просвети меня, — я усмехнулся, — знаток Тульской жизни.

Девушка надула губы.

— Вот сейчас вы обидеть меня хотите.

— Ни в коем случае. Мне и правда интересно узнать, как тут всё устроено. Я в Туле человек новый и ничего не знаю.

Она посмотрела на меня испытывающим взглядом, но не нашла у меня и тени усмешки.

— Ладно, ежели просите, то расскажу…

По словам Аглаи, зять-чиновник весьма ценился среди тульских купцов, старших мастеровых и других чиновников. Даже самый нижний, четырнадцатый чин коллежского регистратора, мог помочь в некоторых делах. Если не напрямую, то опосредованно: чиновнику гораздо проще подойти к коллеге из нужного ведомства и «решить вопросик». Тем более что даже самого бездарного юношу, надевшего мундир, можно было при желании поднять на чин-другой: где попросить за него по знакомству, где занести подарок начальнику. В любом случае дочь с таким мужем не пропадёт. Даже если он только начинает карьеру и не обременён средствами. Да и на приданое родители не скупились, лишь бы получить перспективного зятя.

— Пару недель пройдёт, заметят вас, — Аглая подмигнула мне, — и начнут окручивать. Познакомится с вами, будто случайно, какой-нибудь купец. В гости позовёт, а там у него пять дочерей сидят, и все вам улыбаются.

— Как ты мне?

— Господь с вами! — она рассмеялась. — Я своё место знаю. Горничной за счастье непьющего мастерового найти. Ровня с ровней должны жениться. Вы ведь тоже, Михаил Дмитриевич, на купцову дочку не посмотрите. Не того вы полёта птица.

— С чего ты взяла?

— Глаз у меня намётанный. У нас как-то граф один жил, не слишком при деньгах, но сразу видать, что благородный. Очень уж вы на него похожи! И держитесь не как простой человек, и смотрите, и даже вилку с ножом не так держите.

— Тебе показалось.

— Как скажете, Михаил Дмитриевич. Я с вами во всём согласная, — хихикнула она.

— Что говоришь? На всё согласная? — внезапно вылез Захребетник, перехватывая управление, и подмигнул девушке.

— Вам послышалось, Михаил Дмитриевич, — Аглая нахмурилась, но во взгляде у неё плясали задорные искорки. — Ой, засиделась я с вами! А у меня ещё столько дел, столько дел. Агриппина Аркадьевна скоро встанет, так ругаться будет, что меня нигде нет. Благодарствую за чай!

Она поставила стакан с чаем и лёгкой походкой двинулась к двери. Захребетник проводил её и в последний момент, когда она уже выходила, ущипнул девушку чуть пониже спины.

— Ой! — Аглая обернулась, сверкнув глазами, и погрозила пальцем. — Не балуйте, Михаил Дмитриевич! Я здесь не для того поставлена, чтобы глупостями заниматься. Мне работать надо, а не шуточки с вами шутить.