— Нет, Дубов… Ты не умрёшь так легко. Я заставлю тебя смотреть, как твои подруги медленно теряют надежду на твою победу и одна за другой умирают.
Мою голову будто пронзила сотня шипов сразу. От дикой боли брызнули звёзды из глаз, а затем…
Кто-то снова выключил свет. Или нет? Почему вокруг так много зелени, и вообще тепло и приятно пахнет?
Где это я⁈
Мита
Когда Дубов швырнул её с площадки, у девушки ёкнуло сердце. Вихрем пронеслись в голове противоречивые мысли.
Как? Зачем? Она же могла помочь ему! Отдохнула бы немного и вступила в схватку! Но нет, дорогой сердцу человек вышвырнул её вниз, чтобы не мешала…
Нет, он бы так не поступил, не в его духе. Значит, ему нужно, чтобы она просто была в другом месте!
Мита, толкаемая в спину встречным воздухом, зажмурилась и улыбнулась. Главное, что он не забыл о ней и пришёл. Она не зря держалась и сопротивлялась Тарантиусу. Всё было не зря. Теперь они точно победят.
Вдруг что-то мягкое и шелестящее упёрлось ей в спину и замедлило падение.
— Ну привет, Мита! — улыбнулось гигантское лицо на дереве, когда девушка открыла глаза. Да, она лежала на пушистых и мягких ветках огромного дерева. — Коля хочет, чтобы я присмотрела за тобой. Держись за мои ветви, я не дам тебя в обиду.
— Нет! — резко возразила фиолетовая инопланетянка. — Я буду сражаться! Отомщу Саранче за всё, что она посмела со мной сделать!
— Что ж… Шанс тебе скоро предоставится.
Дерево махнуло одной из веток в сторону опоры Роя. Она яростно пульсировала, а внизу открылись перепончатые перегородки.
Несмотря на боль во всём теле, на ноющие раны и ужас пережитых пыток, Мита не собиралась отсиживаться под прикрытием дриады. Нет… Она не устала и не отчаялась, не хотела скорее оказаться подальше отсюда.
Она была в ярости!
Острыми зубами Мита прокусила губу. Её странного вида волосы зашевелились, и по ним заструилась сила. Необычная, будто рождавшаяся внутри них. Они поднялись, словно их трепали сильные порывы ветра, но то была энергия, сокрытая внутри маленького фиолетового тела.
Увидев, как в полусотне метров внизу выбегают десятки тварей Саранчи и бросаются рубить корни дерева, Мита вошла в полный Инсект морёного дуба. И спрыгнула вниз.
Упав прямо на головы Саранчи, она взорвалась маной, которая хлестнула языками фиолетово-зелёного пламени из трещин на её теле. Сама того не зная, Мита вошла в состояние Кондара, обросла острыми шипами дубовых корней и бросилась на Саранчу.
— Это вам за моих маму и папу! За мой народ! За пытки! Сдохните, твари! — рычала она, словно дикая кошка, вспарывая податливые тела противников.