За стенами палатки раздались всхлипы и приглушённые хрюканья. Кто-то явно пытался сдержать смех, но у них плохо получалось.
Я перевёл взгляд на Иолая. Он прикрыл рот кулаком и явно из последних сил сдерживался, чтобы не расхохотаться в голос. Плечи его тряслись, щёки надулись, а глаза сделались влажными от напряжения.
— Да как ты смеешь такое мне говорить?! — зашипела разъярённой кошкой Аталанта. Вся её невозмутимость разбилась вдребезги, уши, кажется, горели огнём, а глаза метали молнии. — Чтобы я с таким, как ты, переспала?! Да ни в жизни!
Она развернулась на пятках, гордо вздёрнула подбородок — и вылетела из палатки, даже не откинув полог как следует.
— Вот это заход, — сказал я, когда она удалилась на достаточное расстояние. — А она у вас всегда такая… стервозная?
— Она обычно не такая, — возразил Иолай, пряча улыбку. — Просто… у вас несовместимые характеры. Ты её лучше лишний раз не зли, ладно? А то она обидчивая и очень злопамятная.
— Обидчивая, говоришь, — усмехнулся я. — Ладно, приму к сведению.
Но про себя я подумал, что задевать её — сплошное удовольствие. Слишком уж забавно она реагирует.
Я потянулся, хрустнув шеей, и полез из палатки наружу. Утреннее солнце уже поднялось над верхушками деревьев, воздух был свежим, пахло костром и кашей. Команда уже проснулась — кто-то возился у котелка, кто-то собирал вещи. Тидей сидел на бревне и молча точил топор.
Аталанта стояла у дерева, сложив руки на груди, и демонстративно смотрела в другую сторону от меня.
Я усмехнулся. День обещает быть интересным.
тидей
аталанта
африаль
геракал
иолай
авторий
Глава 10
Через пару часов мы всей компанией сидели в трактире. Точнее, «сидели» — это мягко сказано. Мои новообретённые спутники уже вовсю налегали на местное пойло, и судя по тому, как оживлённо они жестикулировали и как быстро пустели глиняные кружки, их поход в город явно удался. Я же предпочёл воздержаться.
Местная палёная отрава была отвратительной на вкус — редкая мерзость, которую даже разбавлять бесполезно. А в этом кабаке её, похоже, намеренно разводили водой, отчего вкус становился ещё хуже. Водянистое, кисловатое пойло, от которого разит сивухой и горелым солодом. Я брезгливо поморщился, глядя, как Геракл одним махом осушает очередную кружку, и сделал глоток местного травяного настоя. Чай, если это можно так назвать, оказался на удивление сносным — горьковатым, с нотками мяты и каких-то полевых трав, которые приятно согревали горло.
Аталанта тем временем устроила настоящие соревнования с местными выпивохами. На спор. Кто дольше продержит руку над открытым огнём.