Эм, да. От рассказа у царевны аж слёзы умиления на глаза навернулись. И надо признать, рассказчик он хороший — аж за душу берёт.

Вот только какого хрена он решил сосватать меня с этой больной?

— Иолай, какого хрена ты тут насочинял?! — в один голос рявкнули мы с Аталантой, одновременно осознав, что стали героями его любовной драмы.

Иолай, услышав наш гневный дуэт, резко вскочил и рванул прочь от костра, не разбирая дороги. Мы с Аталантой, даже не сговариваясь, одновременно вскочили и бросились за ним. Под одобрительный смех Автолика, который явно наслаждался представлением, и добродушное хмыканье Амфиарая, наблюдавшего за всем этим с философской улыбкой.

— Стоять, гад! — кричала Аталанта на бегу, не отставая от меня ни на шаг.

— Ты у меня получишь, сказочник! — вторил я, чувствуя, как злость смешивается с диким весельем.

Иолай бежал так, будто от этого зависела его жизнь, ловко лавируя между палатками и путая следы. Но мы были быстрее. Мы уже почти настигли его, когда он, свернув за поворот, врезался в Геракла, который как раз возвращался с утренней прогулки. Тот схватил его за шиворот, удерживая на месте, и поднял брови, оглядывая нас.

— Что здесь происходит? — спросил он с неподдельным интересом.

— Он сочинил про нас любовную балладу! — выпалила Аталанта, указывая пальцем на Иолая. — И мы теперь в ней главные герои!

Геракл перевёл взгляд на перепуганного Иолая, затем на нас и медленно расплылся в улыбке.

— И что, хорошая? — спросил он, явно наслаждаясь моментом.

— Геракл! — возмутилась Аталанта.

— Я просто хотел сделать вечер интереснее! — взмолился Иолай, в его голосе уже слышалась мольба о пощаде. — Это же была шутка!

— Мы тебе устроим шутку! — рявкнула Аталанта, и мы снова бросились в погоню.

Иолай, воспользовавшись тем, что Геракл отпустил его, снова рванул вперёд. Мы бегали по лагерю, пока не сбились с ног. Смех разносился по всему лагерю, и даже самые хмурые солдаты улыбались, глядя на это представление.

В конце концов мы поймали его у реки. Аталанта, тяжело дыша, стояла над ним с видом разъярённой амазонки, а я держал его за шиворот.

— Ещё раз такое — и я заставлю тебя ночевать в лесу, — пригрозил я.

Иолай, тяжело дыша, поднял руки вверх, сдаваясь:

— Я понял! Больше не буду! Честно!

— Эх, жаль, — вздохнул Автолик, подходя к нам. — А я уже думал, вы заставите его искупаться. Такое зрелище дорогого стоит.

Мы с Аталантой переглянулись, и в наших глазах мелькнула одна и та же мысль. Мы одновременно развернулись и, схватив Иолая за руки, с диким хохотом потащили его к реке, чтобы быстренько окунуть в холодную воду. Но, когда он уже был в шаге от воды, он вывернулся, стащил нас за собой, и мы все трое с громким воплем рухнули в ледяную реку, поднимая фонтан брызг. Вода была холодной, как снег, и мы вынырнули с криками, смеясь и отплёвываясь.