— Ахилл, ты вовремя, — сказал он, кивая на карту, разложенную перед ним.

Я подошёл к карте и сосредоточился на ней, чувствуя, как гневный взгляд Аталанты сверлит мою спину. Ну и пусть. Главное, чтобы она не вздумала стрелять мне в спину. Хотя… кто знает.

— Мы через два дня достигнем крепости Резуса, — начал Геракл, водя пальцем по карте. — Нам нужно обсудить план. Котис предлагает идти напрямую, но я думаю, что лучше попытаться обойти их с фланга.

Я слушал, но в голове уже прокручивал другие мысли. Котис. Его слишком правильные эмоции. Слишком театральная реакция на потерю деревни. Слишком удобные обстоятельства. Я покосился на Аталанту, которая всё ещё сверкала глазами в мою сторону, но молчала, слушая Геракла.

— Ахилл, что думаешь? — спросил Геракл, прерывая мои размышления.

Я перевёл взгляд на карту и, помедлив, сказал:

— Думаю, нам стоит быть осторожнее. И не только с Резусом.

Геракл посмотрел на меня внимательно, улавливая подтекст, но промолчал. Аталанта тоже замолчала, перестав гневно сверкать глазами и, кажется, задумавшись над моими словами. Мы стояли втроём у карты, а вечерний ветер шевелил края пергамента, и в сумерках начинала сгущаться та самая тишина, что всегда предшествует буре.

---

— И, к слову, я думал, мы должны были вернуться обратно во Фракию, а не идти на штурм крепости Резуса, — сказал я, переводя взгляд с карты на Геракла.

Геракл вздохнул, потирая переносицу.

— Да, должны были. Но Котис решил, что Резус отправил всех своих людей в засаду на нас и хочет начать наступление на его крепость. Он уверен, что сейчас — идеальный момент ударить в ответ.

— И ты не пытался его переубедить? — удивилась Аталанта, вскинув брови.

— Конечно, пытался, — ответил Геракл, переводя взгляд на неё. — Я не дурак и понимаю: нынешней армией нам ни за что не одолеть армию Резуса. Мы проиграем и в качестве войск, и в количестве. Да и в той засаде явно участвовали не элитные воины Резуса, а какая-то шпана, которую он бросил, чтобы проверить нас.

— Я это понимаю, — со вздохом сказал Геракл. — Но Котис уверен, что наш отряд с лёгкостью способен разбить многотысячную армию, учитывая, как мы показали себя в отбивании засады. Он считает, что мы — его главный козырь, и если мы ударим сейчас, Резус не успеет опомниться.

— И ты его в этом не разубедил? — скептически спросил я.

— Я пытался, — развёл руками Геракл. — Но он упёрся, как баран. Говорит, что если мы дадим Резусу время, тот соберёт все силы и раздавит нас. А если мы ударим сейчас — у нас есть шанс.

Я открыл было рот, чтобы возразить, но в этот момент к нам подбежал запыхавшийся Иолай. Он был раскрасневшимся, глаза его блестели, и я сразу понял: что-то произошло.