Я задумчиво смотрел вперёд, перебирая в голове детали. Слишком много совпадений, слишком много странностей, чтобы я мог списать их на случайность. Всё это начинало походить на хорошо продуманную игру, в которой мы были всего лишь пешками.

И ещё: свежих трупов в деревне было подозрительно мало. Если бы Резус был таким монстром, каким его малюет Котис, то трупов было бы гораздо больше. И они бы выглядели иначе — не так аккуратно, не так демонстративно.

Резус явно хотел нас напугать. Но я не верил, что он действительно такой чудовищный. Слишком уж всё было слишком стерильно для настоящей резни. Это был театр. И Котис был в нём главным актёром.

Я услышал шаги за спиной и, не оборачиваясь, уже знал, кто это. Аталанта. Она нашла меня даже здесь, в кустах, и стояла, скрестив руки на груди, с выражением лица, которое говорило: «Ну что, наговорился уже?»

— Что ты здесь делаешь? — спросила она, и в её голосе послышалось любопытство.

— Думаю, — ответил я, не глядя на неё. — А ты что здесь делаешь?

— Ищу тебя. Геракл просил передать, что через час у нас будет общий сбор.

— Хорошо, — кивнул я.

Она помедлила, явно желая спросить о чём-то ещё, но не решилась и, развернувшись, ушла. Я проводил её взглядом.

Эм, да. Неловко как-то вышло.

Я встал, вытерев свою задницу найденным листом папоротника, и направился к Гераклу. Мысли о Котисе и Резусе всё ещё крутились в голове, но сейчас нужно было сосредоточиться на том, что будет дальше. Шаги по мягкой земле были почти бесшумными, и я шёл, погружённый в свои размышления.

Когда я приблизился к центру лагеря, Аталанта, стоявшая у костра с кружкой воды, вдруг прыснула в кулак, заметив меня. Я, даже не сбавляя шага, не обратил на неё никакого внимания. Стесняться мне было нечего — скажем так, хозяйство у меня достойного размера, и если кому-то было смешно, то это исключительно их проблемы.

— Вуайеристка, — сухо бросил я, проходя мимо неё.

— Ву… что? — она вскинула брови, явно не ожидая такого слова.

Я не стал останавливаться и продолжил идти, оставляя её стоять в замешательстве. Но Аталанта быстро пришла в себя и, развернувшись, направилась следом.

— Эй! Что это слово значит?! — возмущённо крикнула она, догоняя меня.

— Да ничего особенного, — усмехнувшись, бросил я через плечо.

— Это же явно что-то оскорбительное! — прищурилась она, идя рядом и сверля меня раздражённым взглядом.

— Кто знает? — снова усмехнулся я, не сбавляя шага.

Аталанта, казалось, готова была взорваться, но в этот момент мы подошли к месту сбора, где уже стоял Геракл. Он поднял взгляд, заметив мою ухмылку и её раскрасневшееся лицо, и понимающе хмыкнул, но ничего не сказал.