— Ненормальный мальчишка! Только посмейте это сделать, и я клянусь, что более не только не подам вам руки при встрече, но и навсегда забуду ваше имя! — испуганно воскликнула она, ни на шутку испугавшись его порывов. Хотя они с Романом были ровесниками, Ольге казалось, что она гораздо старше и опытнее его по действиям и мыслям. — Уходите, я вам сказала! Если хотите, завтра мы можем встретиться в трактире на Фонтанке, что у моста, и все обсудить.

— Завтра? Но я думал…

— Разве вы не понимаете, что компрометируете меня? Уходите, немедленно! Поговорим завтра днем.

— Я буду вас ждать в трактире с полудня, хорошо, Ольга Николаевна?

— Договорились, — кивнула Оленька.

— Только обязательно приходите!

— Да, хорошо! Только теперь уходите!

Роман исчез в зарослях кустарника, а Оленька долго смотрела ему вслед, нервно дыша, думая, что Разумовский ей невозможно надоел. Ишь выдумал, по ночам приходить к ней под окна да еще угрожать визитами на ее балкон. Хорошо, что его не заметили, и Кирилл, возможно, ничего не узнает.

Оленька тут же подумала, что Измайлову, наверное, все равно, приходит к ней ночью кто-нибудь или нет. А может, не все равно? Чем больше она об этом думала, тем более склонялась к мысли о том, что эту глупую выходку Романа можно использовать в своих целях.

Через пару минут в ее хорошенькой головке возник план. Ольга быстро вернулась в спальню, оставив распахнутыми настежь балконные двери. Подбежав к напольному зеркалу, она критично оглядела свое прелестное отражение. Стянув с головы ажурный чепец, в который были убраны ее темные локоны, она красиво расправила пряди по плечам. Затем быстро сняла пеньюар и, положив его на банкетку, заняла нужную позу у кровати. Улыбнувшись своим тайным мыслям, она набрала побольше воздуха и начала кричать:

— Помогите! Помогите!

Вскоре в ее спальню вбежали две заспанные горничные с испуганными возгласами:

— Ольга Николаевна, голубушка, что случилась⁈

За ними появились еще несколько дворовых девок, дворецкий и старик Фока.

— Я здесь, моя госпожа! — раздался низкий голос входящего Халима.

— В моей спальне кто-то был! Я так испугалась, — кричала нервно Оленька, хватаясь дрожащими руками за деревянные резные стойки кровати.

— Кто был? — опешил дед Фока.

— Мужчина! — воскликнула она.

— Мужчина⁈ Какой ужас! — подхватили, голося горничные, обнимая молодую женщину.

— Я так испугалась? О боже! — заверещала вновь Оленька.

— Я сейчас все проверю, госпожа! — воскликнул Халим и бросился обыскивать комнату.

— Ольга Николаевна, прекратите истерику! — неожиданно раздался позади дворовых недовольный баритон Кирилла, входящего в комнату. На ходу он застегивал батистовую простую рубашку. — В чем дело? Что за крики? Вы всполошили весь дом!