Ольга, хотя и довольная, все равно была немного огорошена всем этим.
— Вы молчите? — продолжал он, не спуская с нее испытующего взора.
Наклон ее темноволосой головы и чуть видимая ложбинка упругих грудей приковали его взор, и молодой человек ощутил, как его ладони вспотели от дикого желания прикоснуться к ней более интимно.
— Я согласна.
— Тогда на следующее утро после венчания я перепишу дворец вашего отца и одно из поместий на имя вашего батюшки. Также назначу ему годовое содержание в двести тысяч рублей, дабы он мог содержать дом. Думаю, этого будет достаточно. Вы же переедите жить ко мне и ни в чем не будете нуждаться. Все как мы и договаривались.
— Хорошо, благодарю, Кирилл Григорьевич.
Три недели пролетели довольно быстро. Из-за неясного положения Ольга не посещала балы и за это время осмелилась сделать лишь пару визитов к давним подругам. После помолвки, которая состоялась двадцатого января, по городу быстро разлетелась весть о том, что младший племянник графа Измайлова женится на первой красавице столицы, Оленьке Трубецкой, и все после того, как ее отец был разорен все тем же Кириллом Григорьевичем.
Эта новость возбудила многочисленные сплетни и пересуды по всему Петербургу и стала самой обсуждаемой на всех светских раутах. Немногочисленные подруги твердили Оленьке, что она сделала прекрасный выбор и они за нее искренне рады. Оля же в ответ трагично молчала, а про себя несчастно думала о том, что теперь ее жизнь станет такой же мрачной, как у сестры. Ибо выйти замуж по любви у нее вряд ли уже получится.
Накануне венчания, десятого февраля, Оленька плохо спала ночь. Темные неприятные думы терзали ее существо, и, лишь под утро забывшись неспокойным сном на несколько часов, она встала разбитой и совсем не отдохнула. В этот краткий отдых ей отчего-то виделись странные неприятные сны — в них она постоянно убегала от Кирилла сначала по лесу, потом по темным улицам. Эти погони кончались одинаково — он нагонял ее и, схватив в объятья, начинал целовать, причем так неистово и крепко, что казалось, хочет задушить.
В шесть утра Ольга лежала в прохладной ванне, желая отделаться от кошмарных снов и тревоги перед неприятным будущим. К десяти часам она была полностью готова. Подойдя к зеркалу, оглядела себя. Отражение показало ей стройную юную девицу, одетую в прекрасное нежно-розовое кружевное платье, на темных блестящих локонах сияла серебряная диадема, тяжелая кружевная фата шлейфом ложилась на спину и прикрывала до груди бледное лицо. Время уже поджимало, но Оленька никак не могла заставить себя ехать в церковь.