— Завтра, наверное…
— Возможно, не все еще потеряно, батюшка, — воскликнула Оленька. — Завтра же поутру я поеду к капитану Измайлову, поговорю с ним.
— Нет! Не смей! Я запрещаю тебе говорить с этим мальчишкой!
— Батюшка, послушайте, это наш последний шанс, — твердо заявила Ольга. — Летом Измайлов делал мне предложение, и в его глазах тогда я явственно видела любовь. Возможно, он до сих пор любит меня. Я попытаюсь его уговорить и вернуть вам хотя бы часть состояния.
— В обмен на что? — глухо произнес Трубецкой.
— Если я ему все еще нужна, соглашусь венчаться с ним, но с условием, что он отдаст вам хоть что-то обратно. Если любит меня, он согласится, я думаю.
— Ольга Николаевна, не смейте! — воскликнул в ярости Трубецкой. — Я запрещаю тебе! Не позволю, чтобы моя дочь связала свою жизнь с этим нищим выскочкой-гвардейцем! Это позор!
— Сейчас он имеет чин капитана, насколько мне известно. Эта военная должность будет даже повыше вашей теперешней. И он уже не нищий, батюшка! Как раз мы оказались теперь на дне, благодаря вашим стараниям. Я помню о великодушии Кирилла Григорьевича, он может смилостивиться над нами! — сказала уверенно Оленька. — Решено! Завтра же поутру я поеду к нему.
— Нет, я запрещаю тебе! — процедил Николай Николаевич.
Ему была отвратительна одна только мысль о том, что любимая дочь поедет унижаться перед этим хлыщом за его грехи.
Оленька осторожно взяла лицо отца в свои ладони и, с любовью глядя ему в глаза, проникновенно произнесла:
— Вы всегда оберегали меня от всех невзгод, батюшка. Просто сейчас вы сильно запутались. Эта ведьма Красовская загнала вас в беду, я понимаю. Но я помогу вам. Я сделаю все, что в моих силах.
— Но доченька, я не хочу, чтобы ты ради меня пожертвовала собой, не надо.
— Батюшка, я очень люблю вас. Неужели вы думаете, что ваши страдания мне безразличны? Нет. Я все решила, не отговаривайте меня.
— Я знаю этот твой взгляд, Оля, — сказал Трубецкой, вздыхая. — Ты не отступишься от своей идеи…
— Дайте мне слово, что более не будете пытаться покончить с собой. Ибо я этого не переживу.
— Не буду, доченька, а теперь дай я обниму тебя.
Он протянул руки, и девушка с облегчением упала к нему на грудь, осыпая лицо отца ласковыми поцелуями.
Утром двадцать третьего ноября, Кирилл с самого утра работал в кабинете. Встав еще с рассветом в гнетущем подавленном настроении, он быстро ополоснул холодной водой лицо, оделся и устремился в кабинет, решив заняться неотложными бумагами.
Сейчас братья Измайловы обитали в помпезном дворце дяди на Садовой улице. С ними же жила их младшая сестра Елизавета. Именно Иван Михайлович Измайлов, их дядюшка по отцу, настоял, чтобы молодые люди переехали по осени в его особняк. Старик граф был сильно болен и почти не вставал с постели. Не имея детей, Иван Михайлович и ранее опекал детей младшего рано умершего брата.