Но это оказалось не так. Этот Хэнк Терпин оказался просто еще одним человеком, которого послал Теневик. Наверняка его тоже шантажировали, как и всех остальных.
– Значит… Этот другой парень… – медленно произнесла Джемма. – Так это он приказал этому Терпину напасть на меня?
– Мы не совсем уверены в этом, – сказал О’Доннелл. – Терпин сразу же замолчал, едва только начав говорить. По-моему, он понял, что никакой сделки ему не светит. Но такой человек, как Терпин… Какое-то время последив за женщиной, он может стать одержимым. Поэтому я думаю, что это нападение не обязательно было частью задания.
Так что О’Доннелл вряд ли знает, кто она такая… Но облегчение Джеммы длилось недолго. Из всего этого следовало, что Теневик по-прежнему на свободе. И, похоже, без всяких колебаний готов и дальше посылать по ее душу всяких мерзавцев. И по ее душу, и по души ее близких. Мог пострадать и Лукас.
– Понятно… – наконец выдавила она.
– Вы не представляете, о чем говорит Терпин?
– Нет. Ничего такого в голову не приходит.
– В самом деле? – О’Доннелл опять склонила голову набок. – Вы знаете некую Полу Донахью?
Джемма чуть было не брякнула, что нет, не знает. Но в этом не было смысла. Детектив явно знала гораздо больше, чем показывала.
– Да. Она была воспитательницей моего сына.
– Да, именно что была. Вчера Пола позвонила в полицию и сообщила, что в течение последнего года ее шантажировали. Человек, который шантажировал ее, угрожал разослать ее фотографии в обнаженном виде всем ее знакомым. Она сообщила, что рассказала об этом матери одного из учеников своего класса, некоей Джемме Фостер, и шантажист, по-видимому, узнал об этом, поскольку выложил эти фото в интернет. Пола сказала мне, что некоторые из ее заданий были нацелены непосредственно на вас.
Это очень напоминало тот допрос много лет назад. Сначала детектив Данн был вроде как на ее стороне, постепенно вытягивая из нее ее историю, крупица за крупицей. А затем начал задавать неудобные вопросы. Стали всплывать всякие мелкие детали, которые не соответствовали ее рассказу. Выглядело это не лучшим образом. Джемма припомнила, что допрос продолжался несколько часов. Что ей жутко хотелось пи́сать, но она не осмеливалась попросить разрешения сходить в туалет. В конце концов, когда мочевой пузырь у нее уже был готов лопнуть, Данн резким голосом спросил, что на самом деле произошло той ночью – зачем она пришла на ту вечеринку, что произошло между ней и Викторией…
Сейчас ей тоже жутко хотелось писать. Так, что она уже едва держалась.
– Пола мне что-то рассказывала, – ответила Джемма. – Я особо не вслушивалась. Про какую-то там маску, подаренную Лукасу, какую-то сказку, рассказанную ему… Все это звучало как полный бред.