Цепко смотрю в зеленые глаза. Соврет? Скажет правду?
— Подрабатываешь Шерлоком, Белоснежка? — он смотрит с иронией, но глаза остаются серьезными.
— Золотарев!
— Миронова, — хитро парирует и отводит прицел от себя: — Кстати, почему фамилия другая? Янины?
— Не угадал, Глебася. Димы, — ухмыляюсь я. — Мой биологический создатель тоже Дмитрий. Втихаря подал на развод, когда мне было два месяца. Не злюсь на него, потому что даже не знаю, кто это оно, но отец у меня один – Дмитрий Дзержинский.
— Почему не сменила фамилию?
— Нет уж, спасибо, — фыркаю. — Насмотрелась как мама бегала с кучей бумажек в зубах. У меня хоть и не так много документов, но оставим этот квест страждущим.
— Не быть тебе Белоснежкой Золотаревой, — глумится Глебася.
— Чумовой факт, да? Так что там со вчерашним днем-то?
Понадеялся на девичью память? У меня она пашет за троих!
— Я тебе сегодня еще не напоминал, что ты заноза в заднице? Я был в галерее, но вас с Настей это не касается. Точка, — ворчит мой пирожок.
Глебу я почему-то верю. Но от подозрений, что случай в галерее и травма Нери как-то связаны между собой не отвлекает даже непринужденная болтовня и вкусная еда.
Подсознательно чую провокацию.
Женское чутье — не проведешь.
Вид всклокоченного и скулящего Денду и вовсе меня добивает.
Он лежит возле двери, глаза блестят в темноте.
— Он походу сейчас написает, — предполагает Глеб, подозрительно оглядывая самоеда.
К сожалению, он даже не подозревает насколько сильно ошибается… сейчас я бы всё отдала, чтобы Ден просто напрудил лужу посреди номера.
В сравнении с тем, что случилось — это такая мелочь.
— Нери – его брат. Денду чувствует, что ему плохо... — я падаю на колени рядом с ним и глажу. Успокаиваю, как могу.
Милый мой мальчик…
— Белоснежка, ты реветь что ли опять собралась? Я вообще-то секса ждал и жду! — мажорик пытается меня отвлечь от утешения Денчика, но быстро сдается.
А я не нахожу в себе сил сказать, что попытки у него такие себе…
— Вот такая он Мистер Гнидина-козлина, — уминая грушевый пирог, подводит итог Настя. — Не зря я ему не продиктовала номер своего телефона. У меня на таких сходу чуйка!
А я по-прежнему пребываю в «легком» шоке, поэтому молча потягиваю карамельный раф, которого нет в меню. Природное обаяние, добродушная улыбка — и вот тебе делают кофе. Держу пари, что это наш знакомый официант подсуетился.
— Твой рассказ, конечно, разрушил мою великую теорию заговора. Я думала, что это происки конкурентов. Правда не знала чьих — Юнусова или папиных, а оказывается — замешана любовь.
— Скорее задетое ЧСВ и прищемленные яички, — иронизирует Настюша.