— Сучка, дикая. Моя сучка. Только моя, поняла? Дрянь, дрянь моя…, — пронзительно шепчет вытрахивая из меня всю жизнь и клеймя только собой. — Чья ты сучка? Отвечай!
Безмолвно открываю рот.
«Да понятно же, что твоя, только сказать не могу!»
Не могу, потому что в этот самый момент сжимаю его в тесных оковах и неистово кричу. Пульсирую в конвульсиях, эгоистично ловя свой кайфовый оргазм.
Бабочки глохнут и мрут внутри.
Экстаз, пушка, петарда…
На этом эпитеты заканчиваются, а бабочки снова возрождаются – сдавленный хриплый стон, плотно сжатая челюсть и дикий огонь в глазах: сообщают мне, что Глебася успешно перехватывает мою оргазменную эстафету.
Просыпаешься утром после горячей ночи.
Ожидание:
Будят нежными поцелуями и ласками, завтрак в постель. Опционально совместный душ. Ну и, конечно же, продолжение разврата… ой, банкета.
Реальность:
Денду приносит в зубах испорченную картошку фри и бросает её тебе в лицо. Телефон, вибрирующий на столе, смачно приземляется именно на твой лоб. Завтрака нет… герой-любовник сбежал.
У кого второе — тот я.
Утыкаюсь в шею своего волосатого кобеля. Хотя, на деле — Ден и есть настоящий мужчина! Картошку хозяйке притащил, не дав умереть от голода. А то, что слегка несвежая, так это дело вкуса!
Обхватываю морду самоеда и смотрю в глаза:
— Ты же не съел фитнес-хлебушка? Тебе нельзя мучное и вредное!
— Гав! — обиженно лает Денду, что переводится как: — Ты сдурела, хозяйка? Я к ней с душой и картошкой!
Обида сильна — с моей подушки сжирают последний ломтик фри и нарочно ткнув свой хвост в нос топают по животу, спрыгивая с кровати.
Какие мы обидчивые!
Нет, всё-таки всё мужики — одинаковые!
Ну ничего, у меня есть другая жертва. Сама вызвалась.
Перезваниваю юной и развратной художнице:
— Ну и где ты ночевала? У Валерочки, Юнусова или может…, — я выдерживаю театральную паузу. — У Дениски-редиски?
— Сучка… тонированная, — беззлобно ухмыляется Настюшка. — Мёрзла одна, в своей постельке. А вот ты, по ходу, ночевала на Глебушке или он в тебе.
Вот же стерва мелкая. Еще и ржёт, как ослица. Я даже немного смутилась от такого выпада.
Надеюсь, что не весь Пересвет знает о наших ночных подвигах.
Внутреннее волнение проходит. Где-то со-о-о-всем в глубине души, я переживала, что Глеб слился. Но, раз Настя сама позвонила, значит всё хорошо?
Просто я надеялась на завтрак!
— Какие планы на сегодня? Если ты там жива, конечно же, — как ни в чем не бывало интересуется зараза.
— Буду писать гневные отзывы на сайт со статистикой российских членов. Чем кормился твой братик? Такую палку себе отрастил. Жуть, как хороша.