— Да, Лена, да, — заявляет Тагиров твердо. — Сейчас покажу.
И впивается в мои губы снова, прежде чем успеваю запротестовать. Целует жарко и глубоко.
Упираюсь ладонями в его плечи. Но больше не делаю ничего. Воспротивиться не получается. Просто подвисаю в этом непривычном состоянии.
Меня никто так не целовал. Никогда.
Не то, чтобы я много целовалась с парнями. У меня и отношений серьезных не было. Наверное, мои свидания можно пересчитать по пальцам одной руки.
Тагиров… явно опытный.
Что-то меняется в его движениях. Неуловимо. Бесповоротно.
Он вроде бы сбавляет напор. Теперь все происходящее со мной чувствуется иначе. Но точно не «мягче».
Надо его оттолкнуть. Надо.
Только почему я не делаю этого? Я вообще ничего не делаю, чтобы хоть немного исправить ситуацию.
Хотя исправлять здесь нечего.
Бежать надо. Вырываться. А я замираю. В его железном захвате иначе не получается.
И мне совсем не нравится тот вихрь эмоций, который закручивается внутри меня, затягивает все сильнее, все глубже.
Похоже, Тагиров меняет тактику. Словно обороты сбавляет, силу сдерживает. И вскоре его губы касаются моих практически нежно. А язык точно дразнит. Не берет в плен, а играючи скользит, прорисовывает огненные узоры на моем языке.
Почему-то сопротивляться ему не получается. Особенно теперь, когда все разворачивается непривычно ласково.
Будто морок мысли закрывает. Разум затуманивает. И это цепенящее состояние удается сбросить, лишь когда Тагиров снова распускает руки.
Обе его ладони забираются под верх купальника. Сжимают грудь.
Тут меня холодом и окатывает.
Трезвею от бездействия в один момент.
Дергаюсь. Извиваюсь. Отчаянно пробую двинуть его коленом. Посильнее. Как могу вырываюсь.
— Ну что ты опять разошлась? — бросает Тагиров, с недовольством от меня отстраняется. — Нравится же. Хорошо тебе.
Поглаживает мою грудь пальцами. Продолжает облапывать. Методично, невозмутимо. Будто так и надо. Будто так и должно быть.
— Соски торчат, — заявляет.
— Пусти, — шиплю. — Пусти меня.
Царапаю его руки, стараюсь отодвинуть от себя. Но Тагиров даже бровью не ведет.
— Ты чего мозги ебешь? — спрашивает он хрипло.
— Я…
— Кайфово будет, — замечает, прищуриваясь. — Ты и сама это знаешь. Чувствуешь. Тогда к чему эти выебоны?
Завопить тянет от его мерзостей.
Однако я держу в уме то, что мне необходимо стащить телефон. Технически это уже произошло. Однако не до конца.
Сейчас мобильный под моей спиной. Пока что Тагиров этого не замечает. Но в любой момент может это понять. Хватит одного неосторожного движения — и я выдам себя с головой.